Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Японские юристы: Россия и Китай правы! Их боевые корабли абсолютно законно прошли японскими проливами (Yahoo News Japan)

18 октября совместная китайско-российская военная эскадра в составе 10 кораблей, в том числе 5 ракетных эсминцев ВМС Китая и 5 эсминцев ВМФ России с судами обеспечения прошла через пролив Цугару (пролив Цугару — Сангарский — пролив между японскими островами Хонсю и Хоккайдо, соединяет Японское море с Тихим океаном. Ширина пролива 18-110 км, длина — 96 км — Прим. Иносми).
Пролив Цугару используется для международного судоходства, и военные корабли тоже могут проходить через него, но совместный одновременный проход через пролив боевой группы китайских и российских кораблей осуществлен впервые и привлек значительное внимание как в Японии, так и у международной общественности.
Что касается правового статуса пролива Цугару, то его особенностью является то, что территориальные воды Японии, которые должны по международным законам составлять до 12 морских миль, в этом проливе в одностороннем порядке сужены до 3 морских миль в соответствии с японским законом о территориальных водах, и определены этим законом как «особая морская зона, или район». Не секрет, что в японском обществе раздается много голосов в пользу отмены указанного закона о 3-мильной «особой морской зоне» Японии в проливе Цугару.
Я хотел бы объяснить, почему в проливе Цугару установлен особый правовой режим, который ограничивает территориальные воды Японии всего 3 морскими милями, и каковы его преимущества и недостатки.
Что такое «Международный пролив» согласно Конвенции ООН по морскому праву?
Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву (UNCLOS), также известная как Морской Устав, была принята в 1992 году. До тех пор ширина территориальных вод не была установлена единообразно (хотя было широко принято устанавливать ее равной 3 морским милям), и когда в Конвенции было определено, что она может быть установлена в максимально пределах до 12 морских миль, оказалось, что в 116 международных проливах, в которых было разрешено свободное международное судоходство, международные воды стали территориальными водами прибрежных государств.
Что касается национальных территориальных вод, то в них разрешен только мирный проход иностранных судов, свободные полеты самолетов и других летательных аппаратов через это воздушное пространство не разрешены. В случае мирных проходов через эти воды все иностранные суда должны принимать максимальные меры к тому, чтобы не нарушить законные права соответствующего прибрежного государства.
Поэтому военно-морские державы, такие как Соединенные Штаты и тогдашний Советский Союз, настаивали на том, чтобы судоходство в международных проливах было обозначено в Конвенции максимально широко, потому что в противном случае ущемлялись бы их военно-стратегические интересы и свобода мореплавания. С другой стороны, расширительное толкование судоходства в морских проливах серьезно ограничило бы интересы многих расположенных на их берегах стран, таких, как Малайзия, Индонезия, Испания, Марокко, Филиппины, Кипр и т.д.
В этой связи был выработан компромисс в виде положения о «Праве транзитного прохода» иностранных судов по международным проливам. В части 3, разделе 2, статье 38, пункте 1 Конвенции оговаривается «право транзитного прохода», которое предусматривает следующее.
«Все суда и летательные аппараты пользуются правом транзитного прохода, которому не должно чиниться препятствий, за исключением того, что, если пролив образуется островом государства, граничащего с проливом, и его континентальной частью, транзитный проход не применяется, если в сторону моря от острова имеется столь же удобный с точки зрения навигационных и гидрографических условий путь в открытом море или в исключительной экономической зоне».
Таким образом, в международном проливе, соединяющем открытые моря (включая их экономические зоны), всем кораблям и самолетам предоставляется право транзитного прохода.
Однако даже до того, как была принята Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву, мирный проход военных кораблей в международных проливах, в отличие от территориальных вод, был разрешен. С принятием Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву эта норма превратилась в более сильное морское правило.
Право «безвредного» плавания иностранных судов признается даже в пределах территориальных вод иностранных государств (статья 17 Конвенции), а поскольку право транзитного прохода не оговаривается условием «безвредности», им может пользоваться даже, например, подводная лодка, находящаяся в подводном положении
Что такое «особая морская зона» в проливе Цугару?
До сих пор автор объяснял положения о международных проливах и транзитных проходах на основе Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву. Но парадокс заключается в том, что в территориальных водах Японии международных проливов в строгом смысле этого слова нет.
Согласно «Закону о территориальных водах Японии», принятому в 1977 году, в пяти проливах — проливе Соя (Лаперуза), проливе Цугару (Сангарский), Восточном и Западном Цусимских проливах и проливе Осуми, которые используются для международного судоходства, ширина территориальных вод установлена в 3 морских мили и эти воды обозначены как «особые морские зоны, или районы». А все, что находится в проливах дальше них, по существу составляет открытое морское пространство. Оно может свободно использоваться для международного судоходства и не подпадает под определение «международного пролива» (статья 36 Конвенции).
В основе такого режима проливов, находящихся между островами Японского архипелага и в его акватории, лежит идея о том, что как морская нация Япония в своих национальных интересах должна в максимальной степени гарантировать свободное плавание по окружающим морям и океанским просторам.
Поскольку территориальные воды Японии в указанных выше пяти морских проливы ограничены 3-мильной полосой от базовой береговой линии, и поскольку все остальное пространство в этих проливах по существу является открытым морем, здесь могут свободно ходить иностранные военные корабли, в том числе и их группы, как и произошло в случае последних проходов по этим проливам совместной китайско-российской эскадры.
Если бы положение об «особых морских районах» в японском законодательстве было бы своевременно упразднено и японские территориальные воды в таких проливах как, например, пролив Цугару, были бы расширены до 12 морских миль, то они стали бы международными проливами и подпадали бы под действие Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву, в результате чего проход по ним осуществлялся бы в соответствии с ней. Между прочим, тогда иностранные суда, в том числе и военные, могли бы осуществлять проходы уже по всему пространству проливов.
Осуществленное Японией умышленное ограничение своих территориальных вод в проливах до 3 морских миль дает определенное преимущество, заключающееся в том, что область внутри пролива, по которой могут свободно перемещаться иностранные суда, может быть ограничена.
Кроме того, не превращая свои проливы в международные, и ограничивая территориальные воды в них тремя морскими милями, Япония получает выгоды с точки зрения определения своих прилегающих вод, исключительной экономической зоны и т.д. Одновременно она приобретает выгоды и в таможенных и финансовых вопросах, а также наложения при необходимости ограничений на разведку и разработку своих био- и акваресурсов.
Однако на момент вступления в силу закона о территориальных водах Японии Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву еще не существовала, и японское правительство еще не знало, какие нормы по ширине территориальных вод будут приняты в будущем.
Следует особо отметить, что в 70-х годах важным мотивом для определения Японией 3-мильной ширины своих территориальных вод в проливах (особых морских районов) являлся атомный вопрос. Устанавливая свои территориальные воды в проливах в 3 мили, японское правительство объясняло это общественности тем, что страна придерживается «трех неядерных» принципов и не может допустить, чтобы в ее территориальные воды заходили атомные суда. Пусть они ходят формально международными водами. В последнее время появилось много информации о том, что речь тогда шла об американских ядерных подводных лодках, которые активно ходили по японским проливам и должны были иметь свободу для маневра «вне японских территориальных вод».
Как бы то ни было, в то время установление ширины японских территориальных вод в проливах обосновывалось именно этими соображениями. О тайных договоренностях с американцами по поводу 3-мильной зоны сообщало в июне 2009 года информационное агентство Kyodo Tsushin.
С другой стороны, можно допустить, что в отношении японских проливов лучше был бы не режим открытого моря, а режим признанных международным сообществом полноценных «международных проливов», в которых действовали бы соответствующие международные правила мореплавания и «транзитных проходов». По Морскому Уставу государства, граничащие с проливами, не могут препятствовать или приостанавливать транзитный проход кораблей (статья 44 Конвенции), но поскольку они имеют суверенитет над своими территориальными водами, они могут при соблюдении определенных процедур устанавливать морские коридоры и предписывать схемы разделения движения для судоходства в проливах, когда это необходимо для содействия безопасному проходу судов (статья 41). Прибрежные государства могут принимать законы и правила, относящиеся к транзитному проходу через проливы, в отношении: безопасности судоходства и регулирования движения судов; предотвращения, сокращения и сохранения под контролем возможных загрязнений; охраны био- и акваресурсов и защиты рыболовства. Эти государства могут принимать законы и установления касательно таможенных, финансовых и иммиграционных и санитарных вопросов. Они могут требовать и в необходимых случаях принуждать иностранные суда, осуществляющие, транзит, к соблюдению этих законов и установлений (статья 42).
С учетом наличия у граничащих с проливами суверенных государств таких достаточно широких полномочий, возникает вопрос о том, разумно ли какому-то прибрежному государству отказываться от них и превращать пролив, на берегах которого оно лежит, в открытое море.
Учитывая, что в последнее время Китай стал проявлять чрезвычайную активность в Южно-Китайском море и вокруг островов Сэнкаку, Япония, которая, как и прежде, настаивает на свободе судоходства в регионе, должна тщательно продумать все плюсы и минусы своей позиции, исходя из того, что страна является объектом, по которому китайские суда имеют право свободного прохода. Именно с учетом этих обстоятельств Япония и должна выработать свою перспективную позицию.
____________________________________________________________________________________
Ёсикадзу Тагами — выпускник юридического факультета престижного университета «Васэда», доктор политологии Лондонского университета, старший научный сотрудник одного из основных японских «мозговых центров» — Научно-исследовательского института проблем стратегической безопасности (SSRI). Автор многих книг, в т.ч. «Японская конституция, не могущая защитить японский народ».

Подпишитесь на нас Вконтакте

209

Похожие новости
05 декабря 2021, 01:20
06 декабря 2021, 07:40
04 декабря 2021, 06:20
06 декабря 2021, 02:00
04 декабря 2021, 13:40
08 декабря 2021, 01:20

Новости партнеров