Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

«Вертикалка» пятого поколения – самолёт будущего


По своим лётно-техническим характеристикам и составу вооружения перспективный российский самолёт вертикального (короткого) взлёта и посадки (СВКВП), если он будет создан на основе Су-57, не станет уступать современным и перспективным самолётам с нормальным взлётом. 150–200 машин подобного типа, будучи выведенными из-под упреждающего массированного авиационно-ракетного удара противника рассредоточением по малым взлётно-посадочным площадкам, во взаимодействии с наземными средствами ПВО смогут переломить неблагоприятный для нас ход боевых действий даже в условиях трёх-четырёхкратного превосходства противника в авиации.

Фантастика или реалии?

Возможный облик будущего российского самолёта вертикального (короткого) взлета и посадки (СВКВП) был обоснован в предыдущей статье. Это только гипотеза. Точных данных о том, каким он может быть, в настоящее время нет в открытых источниках информации. Тем более нет данных о вероятных ТТХ и системе вооружения. Так что для оценки этих показателей придётся опираться на логический анализ и сопоставление с известными образцами подобной техники в России и за рубежом. Можно сказать, что займёмся научно-технической фантастикой, основанной между тем на вполне реальных сопоставлениях и требованиях, вытекающих из известных характеристик современных систем вооружения, а также возможных оперативно-тактических особенностей применения этих самолётов в ходе вероятных боевых действий, естественно, полученных исключительно из открытых источников информации.
Прежде всего отметим – из проведённого в предыдущей статье анализа следует, если перспективный СВКВП будет создан на базе Су-57, то использовать в качестве аналога для прогноза тактико-технических характеристик новой «вертикалки» советские машины Як-39 и Як-141 невозможно, поскольку эти самолёты не имели прототипа с «нормальным» взлётом. Машины полностью, включая планер, разрабатывались как СВКВП. В настоящее время в истории мировой авиации существует только один самолёт этого класса, имеющий аналог с «нормальным» взлётом и созданный на его основе. Это американский СВКВП F-35B. Семейство этих ЛА и возьмём за аналог для прогноза вероятных характеристик российского перспективного СВКВП.

«Ставим» Су-57 на крыло

Начнём с массогабаритных характеристик. Сухой вес Су-57, судя по открытым источникам, составляет 18 500 килограммов. Американский аналог весит 14 588 килограммов – почти на четыре тонны меньше. Что интересно, палубный F-35C имеет практически аналогичный «пустой» вес – 14 548 килограммов. Это говорит о том, что «бесполезный груз» дополнительного оборудования для вертикального взлёта и посадки практически идентичен увеличению веса палубного варианта, обусловленному необходимостью усиления конструкции самолёта, необходимому для взлётов и посадок на палубу авианосца с использованием катапульт и аэрофинишеров. Исходя из этого сопоставления, предположим, что вес пустого перспективного СВКВП может превышать этот показатель исходного Су-57 примерно на тонну, то есть составит около 19 500 килограммов.
“Разработка СВКВП, принятие его на вооружение и поставки в ВКС и на флот могут существенно повысить боевой потенциал ВС РФ, особенно в оборонительных операциях при значительном превосходстве противника в силах и средствах”
Максимальная и нормальная взлётная масса американского вертикальщика наименьшая из всех аналогичных модификаций – соответственно 27 215 и 22 240 килограммов, что почти на две тонны меньше, чем в базовой версии, и на три тонны – чем в палубной. Это обусловлено сокращением свободного внутреннего пространства планера для размещения взлётного оборудования, а также необходимостью снизить вес машины для обеспечения короткого взлёта и посадки без катапульты и аэрофинишера. По аналогии с американским семейством можно предположить, что максимальный взлётный вес перспективного российского СВКВП может составить около 32–33 тонн.
Надо отметить, что вес и габариты самолёта имеют критическое значение для размещения на борту авианесущего корабля. Сопоставление этих вероятных показателей перспективного российского СВКВП с аналогичными характеристиками тяжёлого корабельного истребителя Су-33 свидетельствует, что они практически идентичны. Это даёт основание полагать, что и возможное количество перспективных СВКВП, которые могут быть размещены на борту «Адмирала Кузнецова» и будущего российского авианосца, будут примерно идентичны тому, сколько они смогут принять самолётов Су-33.

Сравним боевые радиусы полёта

Важным показателем любого боевого самолёта является практическая дальность полёта, которая определяет глубину возможного боевого воздействия на противника. Американский F-35B имеет дальность полёта 1670 километров без подвесных баков, тогда как у базовой модификации этот показатель составляет 2200 километров, то есть разница почти 500 километров. По аналогии с «американцем» можно предположить, что и российский СВКВП будет иметь практическую дальность полёта на 30–35 процентов меньше, чем базовый Су-57, – 2800–3000 километров с полным запасом топлива на дозвуковой скорости.
При крейсерском сверхзвуковом полете дальность полёта может быть 1300–1400 километров. Соответственно боевой радиус одиночной машины составит (по аналогии с американским образцом) 1200–1400 километров на дозвуковой скорости и 600–650 – на сверхзвуковой. Если сопоставить эти показатели с Су-33 и Су-27, то увидим, что на дозвуковой скорости по боевому радиусу перспективный СВКВП может вполне соответствовать этим машинам с «нормальным» взлётом и существенно превосходить американский аналог.
При использовании двух дополнительных топливных баков российский перспективный ЛА сможет почти вдвое превзойти американский самолёт, достигнув боевого радиуса более чем 1500 километров. При этом никто не мешает оснастить наш перспективный СВКВП аппаратурой дозаправки в воздухе, что увеличит его боевой радиус. Вместе с тем боевой радиус большой группы самолётов существенно меньше боевого радиуса одиночных машин или их малых групп и по опыту использования американской авиации может быть меньше на 15–30 процентов. Исходя из этого возможно предположить, что перспективный СВКВП может иметь боевой радиус значительными по составу группами 800–1000 километров без подвесных топливных баков и дозаправки в воздухе и до 1200 километров с двумя подвесными топливными баками.
Скорость перспективного СВКВП, судя по американским аналогам, вероятно, останется неизменной в сравнении с базовым Су-57, поскольку, как указывалось в предыдущей статье, при использовании специальных подъёмных двигателей аэродинамика существенных изменений не претерпит. Она может составить 2,45 М на большой высоте с форсажным режимом работы двигателем и 2 М – на максимальной тяге без форсажа, что существенно превосходит американский аналог (около 1,7 М на форсаже).
Важно отметить, что Су-57 будет иметь тяговооружённость после оснащения новыми двигателями более единицы даже при максимальном взлётном весе. Учитывая, что перспективный российский СВКВП, вероятно, оснастят этими же двигателями и его максимальный взлётный вес на семь – девять процентов уменьшится, нежели у базовой машины, тяговооружённость возможно окажется 1,05–1,1 при максимально допустимой нагрузке.
Этот анализ свидетельствует о том, что перспективный СВКВП может по лётно-техническим характеристикам ничем существенно не уступать нынешним и большинству перспективных машин с «нормальным» взлетом, особенно при использовании ими рампы для взлёта, что важно подчеркнуть, учитывая оснащение нашего нынешнего и, вероятно, перспективного авианосца.
Возможные лётно-технические характеристики перспективного российского СВКВП, сравниваемые на основе аналогии с американской машиной, также могут рассматриваться как следствие сокращения запасов бортового топлива без уменьшения максимальной боевой нагрузки базовой машины, которая, по открытым источникам, может достигать 10 тонн. Её можно принять за основу дальнейшего анализа. При этом нельзя исключать, что российские конструкторы примут решение сократить максимальный взлётный вес, увеличив «сухой» за счёт уменьшения боевой нагрузки, а не топлива. В этом случае лётно-технические характеристики перспективного СВКВП останутся примерно равными базовой машине при сокращении боевой нагрузки до шести-семи тонн, что вполне приемлемо для самолёта такого класса.
Судя по открытым источникам, Су-57 имеет основной и два боковых грузовых отсека, где располагается оружие. Упоминается о возможности размещения крупногабаритных образов вооружения на внешней подвеске. О количестве внешних узлов подвески достоверных данных в открытых источниках нет. По этой причине можно оценить их количество на нашем перспективном СВКВП по аналогии с американской машиной в четыре узла. Вероятно, ширина и высота внутренних грузовых отсеков перспективного СВКВП останутся аналогичными базовой машине, однако их длина может сократиться. С учётом этого предположения можно полагать, что количество внутренних узлов подвески на перспективном СВКВП останется таким же, как и на базовой машине. Получается, что перспективный российский вертикальщик может иметь максимально до 14 узлов подвески, на которых возможно разместить 8–10 ракет воздушного боя различной дальности (4–5 атак противника) и 4–6 единиц оружия для поражения наземных (надводных) целей или контейнеров со специальной аппаратурой. Даже при использовании только внутренней подвески (что позволяет реализовать в полной мере потенциал скрытности самолёта) остаётся возможность иметь на борту серьёзный арсенал вооружения, обеспечивающий многоцелевой вариант применения этой машины – 6–8 ракет воздушного боя и 2–4 единицы оружия для поражения целей на море или на поверхности земли.

Будет вооружён и опасен

Арсенал оружия, который может быть использован для Су-57, судя по имеющимся открытым данным, велик. В него входят все современные ракеты воздушного боя, включая ракету сверхбольшой дальности Р-37М, которые могут быть размещены в основных отсеках оружия на внутрифюзеляжных узлах подвески, корректируемые авиабомбы различных калибров, ракеты Х-38, Х-58УШК и Х-59МК2. Однако уже КС-172 – перспективная ракета воздушного боя с предельной дальностью стрельбы 400 километров уже вряд ли поместится. Её длина – 7,4 метра, поэтому даже на базовом варианте самолёта предполагают подвешивать её на внешних узлах. Размеры внутренних отсеков перспективного СВКВП должны быть меньше, чем у базовой машины. Поэтому некоторые образцы вооружения длиной пять-шесть метров, такие, в частности, как Х-59УШК, могут не поместиться во внутренние отсеки нашей перспективной вертикалки и их придётся подвешивать на внешних узлах, что негативно скажется на возможностях самолёта при преодолении ПВО, поражении наземных целей и по спектру применяемого вооружения в различных условиях обстановки.
В дополнение к образцам вооружения, используемым на Су-57, может быть предусмотрена возможность применения и противокорабельных ракет. Размеры ПКР Х-35 (длина – около 3,8 метра в «самолётном» варианте) позволят, вероятно, разместить ее во внутренних отсеках перспективного СВКВП. Но более мощные и дальнобойные – уже вряд ли. Например, ПКР «Циркон», созданная для применения с надводных кораблей и подводных лодок, уже в ближайшей перспективе после принятия на вооружение может быть модернизирована для пуска с самолётов. Такая практика унификации корабельного и авиационного вооружения сегодня широко распространена. И если корабельный вариант «Циркона» длиной почти 11 метров, то версия воздушного базирования вряд ли будет короче семи-восьми метров и не поместится даже во внутренние грузовые отсеки базового Су-57. Поэтому и перспективные ПКР, которыми может быть вооружён будущий СВКВП России, также, вероятнее всего, будут размещаться на внешних узлах подвески.
Возможный арсенал вооружения нашего перспективного СВКВП позволяет прогнозировать и вероятные варианты подвески оружия в зависимости от боевого предназначения. Так, для ведения традиционного воздушного боя он будет, вероятно, комплектоваться 10 ракетами различной дальности исключительно на внутренней подвеске. При уничтожении ключевых, особо охраняемых самолётов противника в глубине боевого порядка СВКВП в дополнение к ракетам во внутренних отсеках может получить на внешних подвесках 2–4 КС-172. Это нивелирует преимущество в скрытности, но большая дальность полёта этой ракеты может сделать это менее значимым для конечного исхода боя.
Для нанесения ударов по надводным кораблям СВКВП может быть вооружён ПКР Х-35 и ракетами «воздух-воздух» с размещением на внутренней подвеске, что позволит преодолеть ПВО корабельного соединения. А при оснащении ПКР большой дальности, например, гипотетическим «Цирконом» воздушного базирования резкое снижение скрытности самолёта не приведёт к существенному росту риска его потери за счёт применения этих ракет из зон вне досягаемости средств ПВО кораблей противника, а возможно, и его истребителей. Ведь надо иметь в виду, что если ракета комплекса «Кинжал», представляющая собой ракету от «Искандера», адаптированную для пуска с МиГ-31, способна поражать цели на дальности до 2000 километров, тогда как при пуске с «родной» ПУ «Искандера» – только 500, то можно рассчитывать, что воздушная версия «Циркона» может вполне достигнуть дальности стрельбы 2000–2500 километров.

СВКВП жизненно необходим

Наш анализ показывает, что разработка перспективного СВКВП, его принятие на вооружение и поставки в ВКС и на флот могут существенно повысить боевой потенциал ВС РФ, особенно в ходе оборонительных операций и сражений при значительном превосходстве противника в силах и средствах. Так, 150–200 машин подобного типа, будучи выведенными из-под упреждающего массированного авиационно-ракетного удара противника рассредоточением по малым взлётно-посадочным площадкам, во взаимодействии с наземными средствами ПВО, прежде всего ЗРК, такими как С-400 и С-500, вполне смогут переломить неблагоприятный ход боевых действий даже в условиях трёх-четырёхкратного превосходства противника в авиации.
Ещё более разительно выглядит изменение ситуации на расстановке сил на морском или океанском ТВД. Если предположить, что такой СВКВП будет создан и запущен в серию в ближайшие 10–12 лет (вице-премьер Юрий Борисов в своё время говорил о возможности решить эту задачу разработки такой машины в течение 7–10 лет), то к этому времени в состав нашего флота могут войти ныне строящиеся УДК. В предыдущих статях я уже отмечал, что единственный реальный смысл нахождения в составе нашего флота этих кораблей возникает с превращением их в лёгкие авианосцы, оснащённые 8–12 СВКВП вместе с тремя-четырьмя вертолётами РЛД Ка-31. В этом качестве они смогут прикрывать небольшие группы надводных кораблей в оперативно важных районах от атак малых групп авиации противника (до 6–8 машин) и обеспечивать боевую устойчивость подводных лодок от ударов базовой патрульной авиации (БПА) неприятеля. Обе задачи исключительно важны для поддержания благоприятного оперативного режима.
В случае если рассмотренный гипотетический вариант СВКВП получит ПКР воздушного базирования «Циркон», такой лёгкий авианосец может представить серьёзную угрозу даже для полноценных авианосцев США. Удар группы из четырёх – шести СВКВП может быть нанесён на расстояние до трёх тысяч и более километров от носителя этих самолётов и при надлежащем обеспечении операции необходимыми данными разведки и целеуказания она может нанести тяжёлое поражение авианосной группе США. Ведь к 2030–2035 годам эффективные средства противодействия гиперзвуковому оружию, судя по нынешнему положению дел и наметившимся тенденциям, вряд ли будут созданы, а тем более поставлены на боевые корабли. В этих условиях удар 8–12 ПКР воздушного базирования «Циркон», притом что их носителям чрезвычайно трудно будет организовать серьёзное противодействие при таких дальностях стрельбы этим оружием, может вывести из строя авианосец и некоторое количество кораблей охранения.
А в это время можно ожидать, что строительство нашего полноценного авианосца будет идти полным ходом. Во всяком случае на это хочется надеяться.
Существенно возрастут возможности и имеющегося в составе нашего флота ТАКР «Адмирал Кузнецов», если он получит на вооружение такие самолёты. В этом случае при наличии поддержки со стороны береговой авиации, прежде всего самолётами ДРЛОиУ, корабль сможет вполне успешно противостоять американскому авианосному соединению.
Сказанное не означает, что, как отмечают некоторые «эксперты», полноценные авианосцы России не нужны, достаточно иметь УДК в роли лёгких авианосцев. Ценность авианосца, как я это уже многократно показывал в предыдущих статьях, не только в истребителях и штурмовиках, но и в машинах других классов, прежде всего корабельных самолётах ДРЛОиУ. Именно они определяют в решающей мере возможности авиагруппы авианосца при решении всего круга боевых задач, в частности особо важной для нас – ПВО. А самолёты ДРЛОиУ невозможно создать в варианте СВКВП, поскольку на нем должны размещаться крупногабаритная антенна РЛС кругового обзора, бортовая аппаратура обеспечения отслеживания воздушной обстановки и управления воздушным движением, а также соответствующая по численности группа операторов. Поэтому для базирования таких самолётов нужен именно полноценный авианосец.
Американцы, люди, умеющие считать деньги и владеющие самыми совершенными и крупными УДК, не отказываются от авианосцев, хотя УДК стоит более чем в 10 раз дешевле новейшего американского авианосца.
Константин Сивков

Подпишитесь на нас Вконтакте

1023

Похожие новости
20 сентября 2021, 04:00
18 сентября 2021, 14:00
14 сентября 2021, 11:20
14 сентября 2021, 07:20
13 сентября 2021, 03:00
21 сентября 2021, 04:40

Новости партнеров