Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Сто лет проблеме в нашей армии


Так получилось, что мы параллельно работали над несколькими циклами статей о русском оружии. Причем перемещались во времени достаточно свободно, по мере поступления материала. Из прошлого в настоящее, потом в будущее и обратно. Скажем так, ничего такого в этом нет, для истории десяток и даже сотня лет — не срок.
Между тем, когда речь идет о ствольной артиллерии, многое из того, о чем мы рассказывали, эволюционировало десятки и даже сотни лет. Что-то забывалось за ненадобностью, но потом внезапно возрождалось. Что-то, вспыхнув метеором, сгорало за несколько лет бесследно.
Однако если смотреть развитие военной техники и вооружения именно с точки зрения развития во времени, то получается странная на первый взгляд картина.
Почти во всех войнах, которыми просто кишит российская история, нам всегда не хватает года или нескольких лет для того, чтобы встретить противника достойно. Мы почему-то всегда не готовы. Начали перевооружение и не успели... Сегодня мы попробуем понять этот феномен развития русского оружия и военной техники.
Закапываться глубоко в историю необходимости нет. Достаточно вспомнить времена, о которых многое известно. Всего один век. Конец 19-го и начало 20-го века и, соответственно, конец 20-го и начало 21-го века. Попробуем сравнить и понять, от чего нас уберегла история и провидение.
Итак, конец 19 века. Русские военные и политические деятели вдруг внезапно понимают, что вся военная наука безнадежно отстала от современных взглядов на войну. Европейские страны больше никогда не начнут против нас длительную и изматывающую войну на истощение. Будет один мощный бросок, один мощный удар и, возможно, одно крупное сражение, после которого исход войны станет ясным и понятным.
Сложно сказать, под воздействием чего наши военачальники того времени забывают историю войн и принимают новую, модную тогда французскую концепцию "триединства". Война будет скоротечной, маневренной, с одним-двумя крупными сражениями в чистом поле.
До боли напоминающую ту, которую предпочитал вести с врагами император Наполеон в начале века. Правда, почему-то забыли не столько чем дело закончилось, как раз наоборот, про Ватерлоо все в Европе прекрасно помнят, попробуй заставь забыть, что привело, собственно, к Ватерлоо.
Но не в этом суть. Суть в нововведениях, навеянных прошедшими войнами. И выводы, сделанные по итогам оных.
Крепости и подготовленные районы обороны не нужны. Разнообразное вооружение также уходит в прошлое. Да и сама система формирования армии устарела. Нужны хорошо подготовленные части и соединения, которые за счет этой самой подготовки и уничтожат врага.
Интересно, что такая концепция привела к странному отношению к вооружению.
Именно тогда впервые заговорили об унифицированном, единообразном вооружении. Единые, одного калибра, пушки. Единые винтовки и пулеметы. Унификация приносит огромную пользу государству. Меньше заводов. Интенданты не задумываются над поставками в войска. Нужны снаряды — отгрузить! Нужны патроны — отгрузить! Причем вагонами и не особенно напрягаясь.
Перенесемся на сотню лет вперед. Не напоминает описание взглядов военных конца 19 века взгляды военных конца 20 века? Та же самая концепция молниеносной войны на чужой территории. Те же самые маневренные части, состоящие из профессионалов. То же самое пренебрежение к созданию укрепрайонов и других оборонительных сооружений.
Не отсюда ли некоторые наши более чем странные реформы? Как наследие? Не отсюда ли уничтожение огромного множества военных городков, пусковых позиций для стратегических ракет, военной инфраструктуры вообще? Мы в конце 20 — начале 21 века сами, под улыбки западных военных, уничтожали то, чем могли реально ответить на нападение.
От скольких перспективных видов стрелкового, артиллерийского, морского, воздушного и прочего вооружения мы отказались тогда? Даже сегодня, когда понимание всей опасности прошедшей реформы армии пришло, те, кто ратовал за уничтожение новых видов вооружения, пеняют нам на то, что это советские разработки!
Пеняют, надо сказать, по-разному. Кто-то говорит о том, что это напрочь устаревшие модели, кто-то вещает с экранов о том, что мы сегодня в состоянии разработать такое, что заткнет за пояс все придуманное в СССР.
Понятно, что эти вещатели совершенно не в состоянии представить, какую роль в разработке Су-57 сыграл МиГ 1.44, чем «чисто российский» танк Т-90 обязан советскому Т-72 и так далее до бесконечности.
Прошло четверть века, а советские разработки актуальны. А если бы мы не остановились тогда?
Или так: если бы нас не остановили?
Жалеть можно теперь до бесконечности, но имеем то, что имеем.
Мы достаточно подробно описывали историю развития артиллерии в конце 19 — начале 20 веков. Помните за что тогда боролись реформаторы? Армия должна быть вооружена одним калибром! Для успешного ведения войны в полевых условиях достаточно 76 мм!
Причем с этим действительно трудно спорить, полевые орудия должны уничтожать пехоту противника шрапнелью, а технику бронебойными снарядами.
Этакие крупнокалиберные по сравнению со стрелковым оружием пулеметы, которые сметают пехоту огромным количеством "пуль" за один выстрел. Залпом.
Но есть один, но существенный недостаток всех этих орудий. Пушки не могли стрелять далеко. Даже при увеличении зарядов шрапнель не летит дальше 5-6 километров (трубка с 22-секундной задержкой). Примерно такая дальность и была у принятых на вооружение пушек образца 1900 и 1902 годов.
Снаряды для поражения техники появились несколько позже, но суть, надеемся, все ухватили. Не важно, 75-мм или 76,2-мм, но да, эти орудия прочно прописались в армиях на полковом и дивизионном уровнях.
И опять мы в нашем времени. Помните множество образцов техники, которые нам представляли на парадах? Орудие, аналогов которого нет в мире. Самый сильный и защищенный танк в мире. Самый лучший истребитель. Всё самое-самое. Другая крайность? Да нет. Это из той же, вековой давности, серии.
Сколько образцов из этих красивых парадных колонн реально воевали? Оказывается, что все эти супермашины и супероружие на реальной войне не нужны. В той же Сирии солдаты и офицеры воюют проверенным и простым оружием. А старые, давно списанные у нас танки и автоматы составляют львиную долю всего того, чем с удовольствием пользуется противник.
В начале 20 века по морде лица наших реформаторов хорошо врезали японцы.
Позорное поражение в Русско-японской войне показало всю порочность таких реформ. Даже высокий статус покровителей, а это не больше и не меньше, как брат императора, генерал-инспектор артиллерии великий князь Сергей Михайлович, не оградил реформаторов от гнева Николая.
В 1909 году в русской армии создаются подразделения тяжелой полевой артиллерии.
Первоначально там собирали старые 87-мм и 107-мм орудия, а также 152-мм полевые мортиры образца 1883 года. Но вскоре орудия заменили на современные 107-мм пушки, 122-мм и 152-мм гаубицы.
А что у нас? А у нас вдруг вспомнили о вполне удачных и опробованных в войсках образцах орудий, минометов, БМП, БТР, танках. Оказалось, что все это вооружение проектировалось с огромным запасом прочности и возможностями модернизации.
И БМП-2 стали интересны. И БТР. Про танки Т-72 и Т-90 и говорить не приходится. Даже стрелковое вооружение стало вполне современным. Те образцы, что мы уже забыли, сегодня модернизируются. Даже так: не модернизируются, а меняют дизайн и вновь становятся актуальны.
Интересно, почему это происходит? Может, ответ там, в прошлом? На том, уже законченном витке исторического развития. Может, ситуация, в которой сегодня находится наша оборонная промышленность, уже была в России?
Рассмотрим наиболее изученную нами тему — артиллерию. Какие орудия составляли основную огневую мощь русской армии в дореволюционный период? Были ли там действительно русские орудия? Увы, но действительно отечественных систем не было.
Крупнокалиберные и особой мощности (от 107-мм до 305-мм) орудия были либо фирмы «Виккерс», либо фирмы «Шнейдер». И закупались они за русское золото за рубежом. Интересно? Зато балерина и любовница брата императора Матильда Кшесинская стала одной из богатейших женщин Петербурга.
Для примера прекрасно подходят русские минометы. Помните артиллеристов Порт-Артура и их изобретения именно минометов? Ведь тогда это вооружение показало потрясающие результаты. Минометы просто просились на вооружение пехоты и для обороны крепостей. И что?
Русская армия закупает в апреле 1915 года аж 50 мортирок Кегорна! И 500 сферических гранат к ним! А ведь эти мортирки созданы бароном Кегорном, не поверите, в 1674 году! Медные, на деревянном лафете, шестифунтовые мортирки! Правда, в Европе их уже не производили, заказ выполнялся на русском заводе Шкилина в Петрограде.
А что же минометы? Как всегда, ничего такого. За исключением того, что минометами занялись немцы. В короткое время они создали целую индустрию производства этого страшного оружия.
Достаточно вспомнить серийно выпускавшиеся в 1914 году 170-мм и 250-мм минометы. Мина весом 54 кг (для 170-мм) и 97 кг (для 250-мм) забрасывалась на дальность от 550 до 760 метров.
Представляете мощность данного миномета? Между тем, несмотря на довольно жуткий калибр, немецкие минометы были довольно мобильны. Мобильность обеспечивал достаточно малый для такого калибра вес.
Через сто лет картина повторяется. Правда, СССР — не Российская империя. Вооружения Советский Союз оставил столько, что даже при огромном желании распродать его полностью не успели (в том числе и украинцы). И теперь Россия обладает более или менее, но современными пушками и техникой. Не закупаем, как в начале 20 века, за границей по принципу «что продадут», и то слава предкам.
Сегодня нет аналогов древним 155-мм и 120-мм французским пушкам (обр. 1878 г.) или японским гаубицам 200-мм, 240-мм и 280-мм, которые, опять же, закупались за золото. О количестве золота, которое ушло из России в уплату за заведомый хлам, говорит тот факт, что по официальным данным мы перевели в Британию и Японию около 650 млн. золотых рублей! В пересчете на золото – около 500 тонн.
Но сегодня мы вновь закупаем.
Закупаем то, что должны производить по программам импортозамещения. И опять за золото! И опять не первой свежести. На безрыбье и сам рыбой станешь... Если корабль без двигателей, то, считай, нет у тебя корабля! Или самолета. Или самоходного орудия и танка (это в случае с прицелами).
Думаете, это конец аналогий в нашей истории? Давайте посмотрим, что случилось с казенными (государственными) заводами в России в начале 20 века. Вы, надеюсь, понимаете, что не мы придумали массовое уничтожение собственной военной промышленности? Это наследие царизма.
Именно тогда, в конце 19 и начале 20 веков, правительство и начало проводить политику уничтожения собственного военного производства. И причастны к этому опять великий князь Сергей Михайлович и его любовница Кшесинская. Именно они, как тогда говорили, вступили в партнерство с фирмой Шнейдера. А уже через Шнейдера стали влиять на частный Путиловский завод. Естественно, при таком раскладе все крупные, а затем и вообще все, заказы пошли на Путиловский завод.
Казенные Мотовилихинский завод и Петербургский орудийный завод практически выполняли самые невыгодные заказы. Дело дошло до того, что эти заводы стали вместо прибыли приносить убытки. Мотовилихинский завод стал производить речные суда. Из военной продукции заводы производили только лафеты для орудий.
Если посмотреть ситуацию сегодня с военным производством, то окажется, что лучше всего сегодня чувствуют именно те заводы и объединения, которые стали ОАО. В руководство которых вошли представители конкурирующих фирм Запада.
Современные "казенные" заводы опять загнаны в жесткие рамки конкуренции. И по какой-то никому непонятной причине проигрывают тендеры на госзаказы даже тогда, когда конкурентом, к примеру, танкового завода, выступает кондитерская фабрика.
Даже скрытые цели такого поведения чиновников понятны и остались ровно такими же, какими они были у Сергея Михайловича. Заводы должны быть доведены до ручки, обанкрочены и затем куплены конкурентами за копейки. Дальше оттуда выкачивают все наработки и кадры, а сами предприятия просто закрывают. Кстати, Мотовилиху от этого спасла только мировая война.
Сегодня, когда пришло понимание того, что никто из сильных мира сего не хочет усиления России и будет всячески мешать нам стать реально сильными, как никогда важно реально создавать такое вооружение, которое будет действительно передовым. Сегодня важно не догонять, а опережать.
Но не менее (а по нашему мнению – более) важно сохранение тех, кто завтра будет работать на этих заводах.
Говоря о недавно полетевшем Ил-112В, приведем его в пример. Говорили (справедливо), что нужно много таких самолетов. Десятки. И выпускать их надо ударными темпами, по 18 штук в год (цифры от Минобороны).
На ВАСО тоска и печаль. 18 – красивая цифра, но при существующем некомплекте рабочих максимум, что может дать завод, – 10-12 штук в год.
А уж как часто мы стали слышать о том, что прокуратура заводит дела по факту растраты бюджетных денег в военном производстве...
Именно концерны, которые обладают уникальными возможностями и технологиями, почему-то могут позволить себе и завысить стоимость работ, и произвести откровенный брак.
Русскую императорскую армию начали бить именно тогда, когда у руля встали именно «эффективные менеджеры» типа Кшесинской и Романова. У российской армии сегодня совершенно те же проблемы.
Стоит, правда, заметить, что те пушки, которые притащила за откаты Кшесинской фирма Шнейдера, впоследствии пригодились и стали опорной платформой для создания первых советских орудий. Но мы об этом весьма подробно написали в цикле «Артиллерия. Крупный калибр», так что, если кто-то захочет подробностей, – они есть.
И через 100 с небольшим лет Франция снова подкузьмила России. Ну да, все уже поняли, с «Мистралями». Что мы получили сегодня, в этой более чем сомнительной сделке, сказать трудно. Ну хоть не потеряли, уже хорошо, хотя это еще как сказать.
Сто лет проблемы «эффективных менеджеров» в России. То есть взяткобрателей и бессовестных воришек, маскирующихся под специалистов.
Сто лет мы не можем решить эту проблему?
Простите, но ведь было время, когда проблема решалась. И решалась весьма эффективно и эффектно.
Снова сошлемся на недавний цикл. «Другой ленд-лиз». Да, мы еще не закончили с ним, но уже сейчас ясно и понятно, что 90% всех поступлений были апробированные нашими специалистами, вполне хорошие и нужные вещи. Которые испытывались, и то, что вызывало сомнение у наших специалистов, так и осталось в единичных экземплярах в музеях.
Вы можете себе представить, что дальнобойные радиостанции «Маркони» поставлялись в СССР по ленд-лизу потому, что Годдфри Айзекс (исполнительный директор) сунул взятку наркому связи Константину Сергейчуку?
Вот и мы не можем.
А надо, чтобы вся страна не могла. И в особенности те, от кого сегодня зависит принятие решений.
Иначе весь этот детектив с успехом доживет и до двухсотлетия. Что было бы весьма печально.

Александр Ставер, Роман Скоморохов

Подпишитесь на нас Вконтакте

Загрузка...

319

Похожие новости
25 июня 2019, 12:00
24 июня 2019, 20:00
24 июня 2019, 14:20
22 июня 2019, 14:00
21 июня 2019, 21:40
24 июня 2019, 17:20

Новости партнеров