Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Соперничество линейных крейсеров: "Мольтке" против "Лайона". Ч. 2

В то время, как в Германии разрабатывали и закладывали линейный крейсер «Мольтке», в Англии готовили очередную военно-морскую революцию, а именно – переход на 13,5 дюймовые (343-мм) орудия. Вне всякого сомнения, это был гигантский шаг вперед, открывавший миру эпоху сверхдредноутов. Но есть основания подозревать, что, в отличие от «Дредноута», в данном случае революция произошла по принципу «не было бы счастья, да несчастье помогло».

Дело в том, что в мире тогда существовало две методики изготовления орудий. Германия и Россия использовали метод «скрепленных цилиндров», когда орудийный ствол собирался из нескольких, очень точно подогнанных друг к другу цилиндров. В то же время Англия, по старинке, использовала «проволочную» технологию. Ее смысл заключался в том, что бралась внутренняя труба, на нее наматывалось несколько слоев высокопрочной калиброванной стальной проволоки, а затем помещали в еще одну трубу и сверху - цилиндрический кожух. Преимущество данной системы заключалось в том, что производство орудий было относительно дешевым, так как для внешних труб и кожухов можно было использовать менее дорогую углеродистую сталь. Но у «проволочной» системы были и недостатки: так, например, британские орудия получались значительно более тяжелыми. Английская 305-мм/50 пушка Mark XI имела массу 67 770 кг, а более слабая 305-мм/45 Mark X – 58 626 кг. В то же время куда более мощная германская 305-мм/50 SK L/50 имела вес 51 850 кг, российская 305-мм/52 артсистема – 50 700 кг.


Однако же увеличенная масса была далеко не главным недостатком «проволочных» артсистем. Многие отечественные авторы, такие как Б.В. Козлов, В.Л. Кофман, отмечают малую продольную прочность таких орудий, что приводило к прогибу ствола и вибрации при выстреле, что увеличивало рассеивание снарядов. По всей видимости, этот недостаток практически не проявлялся (хотя... не по этой и причине падала точность стрельбы у британских линкоров и линейных крейсеров с 305-мм орудиями на больших расстояниях?) у относительно короткоствольных 40-45-калиберных артсистем, но становился заметным с удлинением орудия свыше 45 калибров.


В то же время О. Паркс отмечает, что 305-мм/50 Mark XI была менее точной в сравнении с 343-мм орудиями, но не конкретизирует причин. А ведь более крупнокалиберное орудие может иметь превосходство в точности над менее крупным просто благодаря большей кинетической энергии снаряда, имеющего за счет этого меньшее рассеивание на одинаковой дистанции. Таким образом, О.Паркс не подтверждает, но и не опровергает наших авторов. С другой стороны, косвенным подтверждением высказанной ими точки зрения может служить то, что после 305-мм/50 Mark XI англичане никогда не создавали крупнокалиберных орудий свыше 45 калибров длиной.
Соответственно, автор настоящей статьи предполагает, что история появления сверхдредноутов выглядела так. Вскоре после русско-японской войны в связи с постепенным ростом размеров линейных кораблей, а также (что, вероятно, было еще важнее) дистанций огневого боя, флоты всего мира стали испытывать нужду в более мощных артсистемах, чем у них были до этого. Многие страны пошли по пути создания более мощных 280-305-мм артсистем с увеличенной длиной ствола - Германия, США, Россия довели длину своих пушек до 50 калибров. Англия также предприняла подобную попытку, приняв на вооружение 305-мм/50 Mark XI, но она оказалась не слишком удачной. В то же время возврат к 45-калиберным 305-мм орудиям заведомо поставил бы Великобританию в отстающее положение. Не имея возможности создавать длинноствольные пушки, Британия могла компенсировать это лишь увеличением калибра орудий – так и появились 343-мм/45 артсистемы.


343-мм пушки линейного крейсера "Куин Мэри"


Однако, вне зависимости от причин, побудивших британцев перейти на 343-мм калибр следует признать, что данная артсистема значительно превосходила по огневой мощи любое 305-мм орудие мира. Но вот насколько? Тут, увы, все весьма непросто.

Во-первых, британские 343-мм/45 пушки комплектовались так называемыми «легкими» и «тяжелыми» снарядами, первые имели вес 567 кг (хотя в этой же линейке присутствуют и 574,5 кг), вторые – 635 кг. И «легкие» и «тяжелые» линейки снарядов включали в себя бронебойные, полубронебойные и фугасные снаряды. Но зачем британцам было вводить такое «разновесие»?

Насколько смог разобраться в этом автор настоящей статьи, дело было так. Изначально 343-мм/45 орудия Mark V создавались по 567 кг снаряд, и именно такими снарядами комплектовались первые сверхдредноуты серии «Орион» и линейный крейсер «Лайон». Но в дальнейшем для 13,5-дюймовых пушек были созданы более эффективные 635 кг снаряды – нечто подобное мы наблюдаем при разработке отечественного 305-мм/52 орудия, которое изначально создавалось под облегченный 331,7 кг снаряд, но впоследствии для него был принят на вооружение тяжелый 470,9 кг «чемодан».

Однако к тому моменту, когда англичане собрались переходить на 635 кг снаряды, работы по «Орионам» и «Лайону» находились в такой стадии, что переделывать их подачные механизмы было сочтено нецелесообразным. Иными словами, получилось так, что 343-мм пушки «Орионов» и «Лайона», без сомнения, могли бы стрелять 635 кг снарядами, но их системы подачи к орудиям не могли их «кантовать». В итоге новые британские линкоры и линейные крейсера, начиная с «Кинг Джордж V» и «Принцесс Ройал» получили 635 кг снаряды, в то время как «Орионам» и «Лайону» так и пришлось довольствоваться 567 кг. В то же время, когда после Ютландского сражения стало ясно, что с британскими бронебойными снарядами «что-то не то», англичане создали новые боеприпасы «Greenboy», которые имели вес 574,5 кг для «Ориона» и «Лайона» и 639,6 кг для последующих сверхдредноутов, вооруженных 343-мм орудиями.

А вот с какой начальной скоростью стреляли английские 13,5-дюймовые пушки, автор настоящей статьи так и не разобрался.

Приводимые в некоторых публикациях 899 м/сек и 863 м/сек для «легких» и «тяжелых» снарядов заведомо ошибочны. Такую начальную скорость имели железнодорожные 343-мм британские пушки, но никак не корабельные. О. Паркс (и множество монографий вслед за ним) указывают 823 м/сек для «легкого» и для «тяжелого» снарядов, но это, скорее всего, неверно.

Общеизвестно, что при равном заряде более тяжелый снаряд будет иметь меньшую начальную скорость, и что для уравнивания начальных скоростей с более легким ему потребуется куда более мощный пороховой заряд. При этом, конечно же, повышенное давление снизит ресурс ствола. Поэтому обычно переход на более тяжелые снаряды сопровождается некоторым падением его начальной скорости, но О. Паркс утверждает, что этого не произошло. Но тут мы сталкиваемся с такой странностью: согласно О. Парксу заряд для 635 кг снаряда потяжелел всего лишь на 1,8 кг (132,9 кг для «легкого» и 134,7 кг для «тяжелого» снарядов). Возникает вопрос, мог ли заряд, при увеличении массы пороха менее чем на 1,4% отправить в полет с той же начальной скоростью потяжелевший почти на 12% снаряд? Это выглядит крайне сомнительно.

Возможно, начальную скорость 823 м/сек имел «легкий», 567 кг снаряд, а «тяжелый» - несколько меньшую, но подобных данных автору найти не удалось. В.Б. Мужеников указывает 788 и 760 м/сек соответственно. Популярная электронная энциклопедия navweaps.com приводит начальную скорость 787 м/сек для 567 кг снаряда и 759 м/сек для 635 кг, но, к сожалению, ссылок на источник информации не дается. А без соответствующих ссылок, данные navweaps.com все же лучше не использовать, так как данная энциклопедия содержит достаточное количество ошибок, и не может считаться сколько-то надежным источником.

Но даже если принять наименьшую из всех вышеназванных начальных скоростей (787 м/сек для «легкого» снаряда) то и в этом случае 567 кг боеприпас, покидая орудие, имел кинетическую энергию, примерно на 20% превосходящую таковую у германского 305-мм/50 орудия. А ведь кроме энергии следует учитывать также и могущество боеприпаса, и здесь 343-мм снаряд также имеет ощутимое превосходство. Бронебойный 305-мм германский снаряд снаряжался 11,5 кг взрывчатого вещества, фугасный – 26,4 кг. Британский «легкий» бронебойный снаряд изначально имел 18.1 кг, а «тяжелый» - 20,2 кг взрывчатки, но тут возникает вопрос корректности сравнения, потому что, как известно, британские снаряды при попадании в толстые бронеплиты (которые, тем не менее, они, в теории, должны были пробивать) имели склонность к детонации или разрушению до, или в момент прохождения бронеплиты. А вот полноценные бронебойный снаряды «Greenboy», которые по качеству вполне соответствовали германским боеприпасам того же назначения, имели несколько меньшее содержание ВВ – 13,4 и 15 кг соответственно. Тем самым они превосходили германские 305-мм снаряды по содержанию ВВ на 16,5-30,55%, и это, безусловно, крайне весомо.

Что же до фугасных снарядов, то здесь превосходство британских 343-мм «чемоданов» было просто подавляющим –и «легкий» и «тяжелый» «фугасы» несли 80,1 кг лиддита, что боле чем втрое (!) превосходит содержание ВВ германского 305-мм снаряда. Конечно можно сказать, что немцы, в общем, никогда не были лидерами по содержанию ВВ в боеприпасах этого типа, но даже чрезвычайно мощный российский фугасный 470,9 кг снаряд имел максимум 61,5 кг ВВ.

В общем, следует констатировать, что англичане создали очень мощное орудие, по своим качествам заведомо превосходящее любые 280-305-мм артсистемы мира и первыми вооружили такими пушками свои корабли: в том числе линейный крейсер нового, третьего поколения, «Лайон».

Надо сказать, что «Лайон» вообще стал во многом революционным кораблем, и отнюдь не только из-за размещения на нем тяжелых 343-мм пушек. Дело в том, что до недавнего времени многие идеи британского адмиралтейства не находили воплощение в металле в силу необходимости экономии денежных средств. Но к 1909 г обстоятельства сложились таким образом, что заставили забыть британское правительство об экономии.

До недавнего времени Англия очевидно лидировала в строительстве новейших классов боевых кораблей, определяющими морскую мощь государства, каковыми стали дредноуты и линейные крейсера. «Дредноут», три корабля типа «Беллерофон», затем – три дредноута типа «Сент-Винсент» и в дополнение к ним – три линейных крейсера типа «Инвинсибл», а всего – десять больших кораблей, которым Германия противопоставила вдвое меньшие силы – четыре линкора типа «Нассау» и линейный крейсер «Фон-дер-Танн» («Блюхер» мы в этом списке, конечно же, учитывать не будем). Иными словами, до 1908 г Великобритания закладывала большие корабли в преимуществе два к одному против основного своего континентального противника, и Туманный Альбион позволил себе расслабиться – по программе 1908 г было заложено всего два крупных корабля, линкор «Нептун» и линейный крейсер «Индефатигебл».
А вот Германия продемонстрировала, что способна «медленно запрягать, да быстро ездить» и по программе того же, 1908 г заложила четыре крупных корабля – три дредноута типа «Гельголанд» и линейный крейсер «Мольтке». Английской программой следующего, 1909 года предполагалась закладка еще трех дредноутов и одного линейного крейсера, но немцы готовились отвечать зеркально, тем же количеством линкоров и линейным крейсером.

Все это изрядно взбудоражило Великобританию – еще недавно двойное превосходство в больших кораблях как-то незаметно превращалось в 16 против 13, что, конечно же, совершенно не устраивало «Владычицу морей». Кроме того, в Англии считали, что дело идет к войне и потому сделали «ход конем»: они удвоили программу 1909 г, изыскав средства на 6 дредноутов и два линейных крейсера, но главное – они отменили экономические ограничения на новые проекты больших кораблей. Другими словами, адмиралы и конструкторы Великобритании впервые за всю историю дредноутной гонки получили возможность при проектировании новых типов кораблей не оглядываться на правительственных финансистов (в разумных пределах, разумеется).

В результате сверхдредноуты типа «Орион» стали на 2 500 т крупнее, чем линкоры предыдущего типа «Колоссус» и «Геркулес» (хотя, возможно, тут О. Паркс использовал прием «округления вверх) и разница составила несколько меньшее значение – 2 275 т), но, во всяком случае, это действительно был огромный скачок вперед – до этого приросты водоизмещения британских «капитальных» кораблей от серии к серии были значительно скромнее.


"Орион" - первый сверхдредноут мира


Но «Лайон»… он побил все мыслимые рекорды. Фактическое водоизмещение «Индефатигебла» составило 18 470 т, а новейший британский линейный крейсер с 343-мм орудиями имел 26 600 т, то есть рост водоизмещения составил 8 130 т! Если сравнивать проектное водоизмещение крейсеров (18 750 и 26 350 тонн соответственно) то разница будет несколько меньше, но она все равно колоссальна – 7 600 т. Посмотрим, куда «ушли» дополнительные тонны, сопоставляя весовые сводки данных крейсеров (в скобках – веса «Индефатигебла»):

Оборудование – 760 (680) т;

Артиллерия – 3 260 (2 580) т;

Машины и механизмы – 5 840 (3 655) т;

Нормальный запас топлива – 1 000 (1 000) т;

Броня – 5 930 (3 735) т;

Корпус – 9 460 (7 000) т;

Запас водоизмещения – 100 (100) т;

Итого, нормальное водоизмещение – 26 350 (18 750) т.

Самый большой прирост – энергетическая установка (59,8%), следом и почти равна ей броня (58,8%), корпус – 35,1%, артиллерия – всего лишь 26,4%. Самый незначительный прирост у оборудования (менее 12%), но оно, в сущности, ни на что не влияло – разница составила всего 80 т. Но мы, конечно, рассмотрим «Лайон» детальнее.

Вооружение


Еще одно хорошее фото 343-мм пушек "Куин Мэри"


Про главный калибр третьего поколения британских линейных крейсеров мы уже сказали многое, и не будем повторяться. Упомянем лишь, что восемь 343-мм орудий размещались в диаметральной плоскости, но линейно-возвышенно – только две носовые башни, а третья находилась межу машинными отделениями. В результате подобного размещения сектора обстрела орудий «Лайона» были такими (на один борт): 0-30 град (где ноль – это прямо по курсу корабля) – 4 орудия, 30-150 град. – 8 орудий, 150-180 град – 2 орудия.

До войны боеприпас мирного времени составлял 80 выстр. на орудие и включал в себя 24 бронебойных, 28 полубронебойных, 28 фугасных и 6 шрап¬нельных снарядов. В военное время боекомплект увеличивался до 110 снарядов, в том числе 66 бронебойных, 22 полубронебойных и 22 фугасных. Однако после Ютландского сражения количество фугасных снарядов сперва рекомендовалось уменьшить до 10 а затем, исключить вовсе, оставив 55 бронебойных и 55 полубронебойных снарядов. Окончательный вариант, после появления «Greenboy» - 77 бронебойных и 33 полубронебойных снаряда.

Противоминную артиллерию составили 16 102-мм/50 орудий Mark VII, стрелявших 14,06 кг снарядами с начальной скоростью 873 м/сек. Их разместили в надстройках корабля, по восемь в носовой и кормовой. Сами англичане считали подобное расположение удачным, так как надстройки имели форму, позволявшую стрелять из 6 орудий в нос, 4 – в корму и 8 – на любой борт. Боекомплект составлял 150 выстрелов на орудие (по некоторым данным, в военное время был увеличен до 200).

Кроме этого на «Лайоне» при постройке были установлены четыре 47-мм салютные пушки. Торпедное вооружение не отличалось от такового на «Индефатигебле» и состояло из двух 533-мм подводных аппаратов, расположенных перпендикулярно борту перед барбетом носовой башни главного калибра (первой). Боекомплект состоял из 14 торпед.

Энергетическая установка

Обычно при анализе характеристик корабля мы рассматриваем сначала броню, и лишь затем – ходовые качества, но сегодня сделаем исключение, поскольку для понимания особенностей бронирования «Лайона» очень важно знать особенности его энергетической установки.

До «Лайона» стандартом скорости британского линейного крейсера можно считать 25-25,5 узлов, но новейшему кораблю поставили более амбициозную цель – он должен был развивать 27 узлов (при нормальном водоизмещении, разумеется). Для этого кораблю в 26 с лишним тысяч тонн потребовалась сверхмощная энергетическая установка в 70 000 л.с. – напомним, что номинальная мощность машин «Индефатигебла» составляла «всего лишь» 43 000 л.с., т.е. требовался рост на 62,8%.

Разумеется, «впихнуть» машины и котлы подобной мощности в размерения «Индефатигебла» было совершенно невозможно. В результате этого корпус «Лайона» оказался значительно крупнее – он был длиннее «Индефатигебла» на 33,6 м, шире на 2,6 м, осадка – на 45 см.

Испытания «Лайона» на полный ход проводились в сложных погодных условиях, вероятно поэтому требуемый результат достигнут не был. В ходе 8 часового пробега линейный крейсер развил среднюю скорость 27 узлов, но при мощности машин чуть большей, чем номинальная – 73 800 л.с. В то же время однотипная ему «Принцесс Ройал» на 78 600 л.с. развила среднюю скорость 28,5 уз, а «Куин Мэри» на 78 700 л.с. – 28 уз., так что вполне можно предполагать, что если не влияние непогоды, то контрактные условия по скорости «Лайон» выполнил бы. Тем не менее, в Адмиралтействе остались недовольны полученным результатом: видимо, под влиянием первых серий линейных крейсеров, которые при форсировании машин достигали скорости свыше 27 уз, от кораблей типа «Лайон» ожидали не менее чем 29 уз.

Нормальный запас топлива составлял 1 000 т, полный – 3 500 т угля и 1 135 т нефти. Дальность хода указывается 4 935 миль на скорости 16,75 уз и 5 610 миль на 10 узлах.

Бронирование

Вне всякого сомнения, британские адмиралы и конструкторы уделили бронированию нового типа линейных крейсеров самое пристальное внимание – об этом свидетельствует рост массы брони почти на 60% в сравнении с предыдущим проектом. Кое-что им, без сомнения, удалось улучшить, но здесь, по большому счету коса, нашла на камень – дело в том, что дополнительное водоизмещение, которое могло быть выделено на броню, никак не могло «угнаться» за ростом геометрических размеров того, что следовало защищать – и в первую очередь цитадели.

Как известно, цитадель тогда полностью выполняет свою функцию, если защищает не только машинные и котельные отделения, но и прикрывает подачные трубы концевых башен главного калибра, но это расстояние у британских линейных крейсеров росло от проекта к проекту. Расстояние между осями концевых башен «Инвинсибла» составляло 91 м, но в проекте «Инфлексибла», из-за необходимости разнесения траверзных башен ближе к оконечностям, оно составило уже 112 м. на «Лайоне» все четыре башни размещались в диаметральной плоскости, а кроме того барбеты башен 343-мм орудий были шире, чем 305-мм, но это не дало бы большого прироста длины цитадели. Основной причиной необходимости ее увеличения стал гигантский рост мощности механизмов, который потребовал увеличения длины машинных и котельных отделений. В результате расстояние между осями концевых башен «Лайона» составило 128,4 м., соответственно длина цитадели (с тем, чтобы бронепояс прикрывал борт в пределах барбетов носовой и кормовой башен) должна была составлять по меньшей мере 137 метров! А это колоссальная длина для кораблей тех лет.

«Лайон», наконец-то, получил 229 мм бронепояс, который британские моряки хотели бы видеть еще на «Индефатигебле». Он был весьма высоким (3,5 м) и протяженным (116 м) но при всем этом прикрывал только машинные и котельные отделения линейного крейсера – «протянуть» его еще на 21 метр с тем, чтобы он обеспечивал защиту подачных труб и артиллерийских погребов двух носовых и кормовой башен главного калибра британские конструкторы не смогли.



От 229 мм пояса в нос борта защищались бронеплитами той же, 3,5 м высоты, но ее толщина постепенно уменьшалась. На протяжении первых 14 м (от носовой рубки, прикрывая подачную трубу второй башни и до барбета первой башни главного калибра) его толщина составляла 152 мм, затем, на протяжении следующих 8,5 м, напротив барбета первой башни – 127 мм и далее, на протяжении 26 м - 102 мм. Бронепояс не доходил до форштевня 15,2 м, а там, где он завершался, был установлен траверз толщиной 102 мм.

В корму от 229 мм бронепояса шли сперва 127 мм, а затем – 102 мм бронеплиты, ими защищалось еще 11,3 м борта напротив кормовой башни главного калибра. На этом бронепояс завершался таким же как и в носу 102 мм траверзом, оставшиеся 22,3 м борта до ахтерштевня броневой защиты не имела. Таким образом, общая протяженность бронепояса составляла весьма внушительные 175,8 м, тем не менее, в пределах носовой башни бронепояс имел толщину 127 мм, второй – 152 мм, а четвертой – 102-127 мм.

В отличие от «Инвинсибла» и «Инфлексибла», вертикальная защита «Лайона» не ограничивалась главным бронепоясом – поверх него располагался верхний бронепояс той же длины. Он защищал пространство между главной и верхней палубами и имел переменную толщину. Над 229 мм участком главного бронепояса бронеплиты верхнего бронепояса имели толщину 152 мм, над участком 152-127 мм в носу – 127 мм и далее, над 102 мм участком – те же 102 мм. В корме толщина верхнего бронепояса совпадала с главным – 127-102 мм. Также как и главный, верхний бронепояс закрывался 102 мм траверзами в носу и в корме.

С палубным бронированием все немного сложнее. Для начала разберемся в палубах «Лайона» - самая верхняя палуба, это полубак, который, несмотря на большую протяженность, все же не доходил до кормы корабля. Следующая палуба – верхняя, она простиралась от форштевня по верхней кромке верхнего бронепояса. На одно межпалубное пространство ниже (по нижней кромке верхнего и по верхней кромке главного бронепоясов) шла главная палуба, она же – бронепалуба. И, наконец, на уровне нижней кромке главного бронепояса располагалась нижняя палуба.

По имеющимся, и несколько отличающимся друг от друга описаниям, полубак брони не имел, но на небольшом пространстве в районе дымоходов и третьей башни главного калибра конструкционная сталь утолщалась до 38 мм. Следующая под ней верхняя палуба в пределах 175,8 м бронепояса имела толщину 25,4 мм. Главная палуба в пределах цитадели имела скосы, к нижней кромке главного бронепояса, но, в отличие от «Инвинсибла» и «Индефатигебла» ее толщина и в горизонтальной части и на скосах была одной и той же – 25,4 мм. Нижняя палуба в пределах цитадели защиты не имела, но за ее пределами бронировалась 64,5 мм бронеплитами.
Как ни странно, но на фоне «Инвинсибла» и «Инфлексибла» с их бронепалубой в 38 мм в горизонтальной части и 50 мм скосов горизонтальное бронирование «Лайона» выглядит шагом назад. Какое-то объяснение этому дать довольно трудно, но мы попробуем. Вероятнее всего, в ослаблении бронирования сыграла роль наличие второго, верхнего бронепояса. «Инвинсибл» и «Индефатигебл» такового не имели, и снаряд, попавший в борт между главной и верхней палубами, то есть поверх 152 мм пояса встретила бы только нижняя бронепалуба. В то же время, снаряду, угодившему в то же место «Лайона» предстояло преодолеть 102-152 мм бронепояс и лишь потом поразить бронепалубу корабля.

Артиллерия главного калибра была защищена лучше, чем на предыдущих крейсерах. На тех «правили бал» 178 м бронеплиты, но лоб и бока башен «Лайона» защищались 229 мм броней, крыша имела 82-108 мм, и только на обратных скосах – 64 мм. А вот с барбетами было чуть сложнее.

Три башни (кроме кормовой) возвышались над полубаком и защищались так – барбет от основания башни и до полубака составлял 229 мм, от полубака и до верхней палубы – 203 мм и от верхней до главной палубы – 76 мм. Таким образом, выше полубака врагу противостояла 229 мм броня, от полубака и до верхней палубы – 203 мм барбет и 25,4 мм (небронированная) обшивка борта, а еще ниже, от верхней до главной палубы – 102-152 мм плиты верхнего бронепояса и 76 мм барбет. А вот барбет четвертой, кормовой башни 343-мм орудий отличался от остальных. Дело в том, что сама эта башня располагалась не на полубаке, а на одно межпалубное пространство ниже, то есть на верхней палубе. Соответственно, барбет от основания башни и до верхней палубы имел 229 мм толщины, а ниже, между верхней и главной палубой, имел дифференцированную защиту от 76 до 102 мм (насколько можно понять, 76 мм – в районе бортовых 127 мм бронеплит, 102 мм –в районе 102 мм бронепояса). На бумаге такая защита выглядела вполне внушительно.

Что до противоминного калибра, то он, как можно понять их источников, бронезащиты не имел, однако в дальнейшем 102-мм/50 установки получили бронещиты (возможно – только в носовой надстройке), а затем, по некоторым данным, орудия в носовой надстройке получили некоторое подобие каземата (вероятно стенки усилили бронелистами, обеспечивающими противоосколочную защиту)

Боевая рубка была овальной и имела 254 мм лобовую и боковые части, и 178 мм стенку в сторону кормы. Крыша защищалась 76 мм броней, пол – 102 мм. Пост управления огнем (располагался поверх боевой рубки) имел 76 мм бронезащиту. Боевая рубка управления торпедной стрельбой, расположенная в кормовой надстройке имела противоосколочное бронирование 25,4 мм. Кроме вышеуказанного бронирование имели дымоходы (до 44 мм) и артиллерийские погреба главного калибра прикрывались 64 мм, а центральный пост, расположенный внутри корпуса корабля – 38 мм «бронеэкранами».

В целом же о броневой защите «Лайона» можно сказать следующее. Формально, она, конечно, была мощнее чем та, которой располагали «Инвинсибл» и «Индефатигебл». Например, на «Инвинсибле» наиболее толстый, 152 мм участок бронепояса имел протяженность 95 м при высоте 3,43 м. У «Индефатигебла» 152 мм пояс имел 91 м и 3,36 м соответственно. А у «Лайона» наиболее прочным был 229 мм участок, и простирался он на 116 м, при высоте 3,5 м!

Но при всем этом возросшие размеры корабля в значительной мере свели на нет полученные им преимущества. Конечно, машинные и котельные отделения «Лайона» получили лучшую защиту, но подачные трубы и погреба двух носовых и кормовой башни прикрывала с бортов все та же 102-152 мм броня и это было совершенно недостаточно. Бронирование барбетов было усилено – со 178 мм до 203-229 мм, но при этом защита подачных труб сохранила серьезную уязвимость. Дело в том, что снаряд, попавший в борт крейсера выше верхнего бронепояса мог пробить дюймовую обшивку конструкционной стали, затем – 25,4 мм палубу, а дальше преградой ему была только 76 мм барбет, чего вряд ли было бы достаточно против крупнокалиберного 280-305-мм боеприпаса.

Помимо бронирования, О. Паркс отмечает наличие трех крупных недостатков «Лайона»:

1. Как известно, англичане строили свои броненосные крейсера «в пару» к новым типам броненосцев, используя сходные технические решения и на тех и на других там, где это было возможно. «Лайон» являлся «вариацией» линкоров типа «Орион», и О. Паркс пишет о том, что в проекте линейного крейсера следовало отказаться от третьей башни «Ориона», а не от четвертой. В этом случае линейный крейсер получил бы линейно-возвышенное расположение артиллерии, подобно будущим линкорам «Куин Элизабет», то есть по две башни в носу и в корме. Здесь трудно не согласиться с О. Парксом, потому что подобный перенос был вполне возможен, и не потребовал бы какого-то увеличения вооизмещения, но обеспечил бы третьей башне «Лайона» куда лучшие углы обстрела;

2. Расположение трехногой мачты по образу и подобию «Орина», то есть между первой и второй дымовой трубой. Даже и не дредноуте это конструкторское решение вряд ли можно считать оптимальным, но там носовая труба «обслуживала» шесть котлов, а вот на линейном крейсере – 14. В результате использование поста на мачте было не то, чтобы затруднено, а совершенно невозможно – мачта раскалялась настолько, что подняться по ней было нельзя. Впоследствии этот недостаток был исправлен, что обошлось британскому правительству в 60 000 ф. ст.;


Первоначальное положение мачты "Лайона"


После модернизации


3. В последний раз на британских кораблях мостик был установлен поверх боевой рубки.

К сожалению, места в статье на сравнение «Лайона» и «Мольтке» уже не осталось, и потому…

Продолжение следует...
Автор: Андрей из Челябинска

Подпишитесь на нас Вконтакте

308

Похожие новости
13 декабря 2018, 13:20
14 декабря 2018, 00:40
13 декабря 2018, 13:20
14 декабря 2018, 17:20
13 декабря 2018, 10:40
14 декабря 2018, 14:40

Новости партнеров