Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Си-фактор



Ситуацию в Китайской Народной Республике можно охарактеризовать как поворотную, а последствия способны оказать влияние не только на политический облик элиты страны, но и на судьбу всей Поднебесной. В СМИ и экспертной среде обсуждается возможный третий срок Си Цзиньпина на посту председателя КНР.

Для этого требуется внести поправку в конституцию, которая изменялась за последние три с половиной десятилетия (с 1982 года) всего четыре раза. Третий срок даст Си возможность остаться у власти и после 2023 года. Признаком грядущих перемен стал завершившийся в январе II пленум ЦК КПК, на котором высшее партийное руководство прогнозируемо выступило с идеей изменения основного закона, а внести нужную поправку сможет Всекитайское собрание народных представителей (ВСНП) на сессии, запланированной на март. Ранее в государственных СМИ Китая опубликовано сообщение о создании нового органа для противодействия коррупции. «Жэньминь жибао» в октябре передало слова заместителя секретаря Комиссии ЦК КПК по проверке дисциплины, министра контроля КНР, а также начальника Управления по предотвращению коррупции Яна Сяоду о том, что в ходе углубления структурного реформирования системы будет создан Национальный комитет по проверке дисциплины и надзору, ориентируемый на укрепление централизованного руководства КПК в антикоррупционной работе, строительство единой, авторитетной и эффективной системы государственного контроля… Новый орган будет обладать правом задержания, которое придет на смену мере «двух постановлений», в соответствии с которой от отдельных лиц требуется в определенное время и в назначенном месте дать разъяснения тех или иных вопросов. «Два постановления» не являются юридической нормой, их применение вызывает разного рода недоразумения. Одна из целей создания комитета и состоит в избегании подобных неувязок. Характерная черта нового спецоргана – его отличие от принятого на Западе режима контроля с разделением властей на законодательную, исполнительную и судебную. Фактически Национальный комитет по проверке дисциплины и надзору является надправительственным, надсудебным и надпрокурорским и, вероятнее всего, будет возглавляться непосредственно Си Цзиньпином. Некоторые аналитики полагают, что основное отличие новой структуры заключается в возможности контроля над беспартийными чиновниками и бизнесменами. Центральная комиссия ЦК КПК по проверке дисциплины не обладает такими полномочиями.



Если комитет будет подчиняться нынешнему главе государства, разумеется, он может быть использован как мощный инструмент против его оппонентов в китайской верхушке, имеющей весьма сложную структуру. Самого Си относят к клану «принцев» – детей и вообще родственников высокопоставленных чиновников. Однако эта группировка не монолитна. Напротив, родственники «шишек» входят как в число сторонников нынешнего генсека, так и в клан шанхайцев. Некоторые аналитики считают, что за Си стоят шэньсинская политическая группировка и ряд высокопоставленных военных из НОАК. Как передавало еще несколько лет назад агентство «Синьхуа», сам генсек заявлял, что ни в коем случае не допускается создание фракций внутри партии. При жесткой иерархической организации недопущение клановости означает разгром конкурентов и концентрацию власти. Таким образом, новая структура может стать и репрессивным органом. Данное словосочетание не следует демонизировать, как это принято у неолибералов. На практике зачастую невозможно отделить борьбу с коррупционерами от внутриполитической. А в любой стране мира элита (или партия, если говорить об однопартийных системах) всегда стоит над законом и действует исходя из своих внутренних правил. Закон, то есть наказание, применяется против члена элиты только тогда, когда он потерпел поражение во внутриполитической борьбе или пошел против общих негласно установленных правил, не имея за собой весомой поддержки или лишившись ее. Репрессивные меры – обычное явление, особенно в кризисной стадии развития общества. В данном аспекте Китай ничем не отличается от любой «демократии», где силовые и прочие ведомства используются властной группировкой как инструмент воздействия на противников. Национальный комитет можно использовать против беспартийных деятелей и бизнесменов, на которых опираются противостоящие Си и его соратникам группы внутри КПК. К тому же полная централизация рычагов в руках Си даст ему возможность избежать бюрократических проволочек в отношении конкретных лиц, коих необходимо взять в ежовые рукавицы.

Если ликвидация противостояния группировок и фракционности внутри партии под предлогом борьбы с коррупцией и закрепление доминирующего положения собственной группы будут использованы действующим председателем КНР для реализации намеченного на XIX съезде КПК курса, есть шанс минимизировать риски для номенклатуры и Китая в целом.



Обратимся к советскому опыту. Одной из причин, приведшей к деградации аппарата КПСС, стала блокировка вертикальной мобильности в брежневское время (пресловутый застой), когда в высшую когорту не допускались люди из партийных низов. Итог известен – старение номенклатуры, интеллектуальная деменция, неадекватность понимания существовавших на тот момент вызовов как внутри державы, так и извне, морально-волевой упадок и т. п. Советский опыт в Китае помнят и учитывают. Как сказал товарищ Сталин Мао Цзэдуну в 1950 году, «учитесь больше на наших ошибках, чем на наших успехах». В связи с этим крайне важно проанализировать идею оставить Си Цзиньпина у власти как минимум еще на один срок. В среднесрочной перспективе данный шаг может возыметь весьма негативные последствия. По всей видимости, Национальный комитет по проверке дисциплины и надзору станет одним из инструментов давления на часть кланов внутри КПК, которые не приемлют идею третьего срока для Си. Соответственно концентрация власти позволит нынешнему главе КНР не только укрепить авторитет и продавить реформы, но и выиграть самый ценный для их реализации ресурс – время. С учетом стратегических планов Си это неудивительно. Но если третий срок станет реальностью, будет создан опасный прецедент. Во-первых, каковы гарантии, что нынешний генсек не заручится поддержкой для продления своих полномочий и далее. Во-вторых, очевидно, что рано или поздно появится преемник Си Цзиньпина, что соответствует китайской политической традиции. Однако что если он по интеллектуально-организаторским способностям будет не столь могучей фигурой, как предшественник? И где гарантии, что победившая группировка не настоит на внесении в конституцию КНР еще одной поправки, в которой будет прописано пребывание на своих постах более двух сроков не только главы государства, но и, скажем, членов Постоянного комитета политбюро ЦК КПК? В таком случае начнется эрозия самой партии, поскольку за Посткомитетом последуют политбюро и весь ЦК. Конечным итогом станут несменяемость ключевых фигур и деградация как в морально-интеллектуальном, так и в физиологическом отношении. Далее в среде такой инволюционирующей элиты усилятся коррупционная составляющая и аппетиты в целом, с высокой вероятностью приводя к формированию уже региональных кланов, что в случае с Китаем особенно тревожно, поскольку этот аспект для страны крайне значим. Усиление коррупции в верхах неизбежно повлечет обособление местных царьков, которым станет невыгодно оставаться в составе единого государства. Разложение номенклатуры лишь усилит неравномерность развития Китая, радикальные экономические и культурные различия регионов, а значит, данные факторы могут быть использованы местными элитами для запуска цепной реакции сепаратизма. В итоге мы приходим к парадоксальному на первый взгляд выводу: действия Си Цзиньпина, направленные на борьбу с коррупцией и проведение намеченного курса через утверждение себя во власти на третий срок, способны запустить процесс застоя с риском разложения всего правящего слоя. Подобный сценарий выглядит сугубо гипотетическим и все же заслуживает внимания. Выдвинем предположение, что председателю Си ни в коем случае нельзя оставаться на третий срок, дабы не инициировать деструктивный каскадный эффект внутри партии активацией эрозии в антиразложенческих механизмах. Пока альтернатива просматривается лишь одна – поиск равноценного преемника в молодом поколении партийно-государственных деятелей, который после 2023 года продолжит намеченный курс. Вопрос в том, победят ли в нынешнем главе КНР его личные амбиции встать рядом с Дэн Сяопином или даже с Великим кормчим, или же стратегические риски для партии, способные запустить катастрофические процессы, представляются Си той красной чертой, которую он откажется переступать.

Для нас дестабилизация соседа крайне невыгодна. Распад огромного, чрезвычайно сложного государства с тенденцией перерастания в кровавую междоусобицу, из которых по большей части и состоит его история, окажет тектоническое воздействие на весь мир и в первую очередь на Россию. Наличие у КНР ядерного оружия, риск огромных миграционных потоков в нашу страну лишь часть угроз. Естественно, нужно помнить и о том, что у Китая нет союзников, кроме него самого, и расцвет отношений межу Пекином и Москвой соответствует лишь текущему историческому отрезку. Кроме того, важно учитывать, что внутри Поднебесной также действуют силы с явно антироссийским окрасом.
Автор: Константин Стригунов

Подпишитесь на нас Вконтакте

76

Похожие новости
16 февраля 2018, 06:00
19 февраля 2018, 07:00
19 февраля 2018, 07:00
20 февраля 2018, 07:20
17 февраля 2018, 06:20
19 февраля 2018, 07:00

Новости партнеров