Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

«Русская весна» на Украине в 2014 г. Часть 4. Проект "Новороссия". Бросок Стрелкова на Славянск

Протестное движение на Донбассе получило новый импульс после провозглашения ДНР и ЛНР и назначения референдума о государственном суверенитете республик. Это было неожиданным не только для населения, но и для активистов сопротивления. Ранее такие требования не выдвигалось, и многие поверили, что готовится крымский сценарий и что Россия поддержит республики.



Население Донбасса считало, что после таких громких заявлений Россия окажет необходимую помощь, но за этими заявлениями ничего не стояло. Россия никак не отреагировала на провозглашение республик и объявленный референдум. Последующие действия российского руководства показали, что поддержка отторжения каких-либо территорий Украины или всего Юго-востока, кроме Крыма, в стратегические планы России не входило.


Донбасский олигархат, зная, что российское руководство не поддерживает идею создания на Донбассе неподконтрольных Киеву анклавов, через управляемое им руководство ДНР, а затем и ЛНР, пытался использовать протесты в своих целях для торга с путчистами.


Такие действия олигархата и руководства республик были выгодны и путчистам, поскольку поддержка Россией республик втягивало ее в военный конфликт на Украине. Соединенные Штаты, полностью контролирующие путчистов, стремились именно к этому. Поэтому после провозглашения ДНР и ЛНР путчисты не предпринимали никаких мер по их ликвидации в течение длительного времени, пока не вмешался фактор Стрелкова.

В отличие от Донбасса, харьковское сопротивление, не подчинившееся местным властям, после захвата обладминистрации было серьезно зачищено. Тем не менее, протесты в Харькове продолжились.

Местные власти стремились любым путем погасить протестное движение. Кернес приглашал меня и пытался убедить прекратить выступления и успокоить народ. Разговора не получилось, слишком разные у нас были интересы, мы не договорились. Полной неожиданностью для мэра был захват мэрии в середине апреля одной из групп сопротивления. Эта акция не преследовала конкретных целей. Не добившись никакого результата, нападавшие покинули здание мэрии.

После всех этих событий в Харькове произошло объединение сил сопротивления, и все дальнейшие действия по организации протестов проходили под общим руководством. Началась подготовка к местному референдуму. Для согласования вопросов выносимых на референдум мы выехали в Донецк для переговоров с руководством ДНР. На переговорах с Пушилиным и Пургиным меня удивила их жесткая и бескомпромиссная позиция, особенно Пургина: только государственный суверенитет и выход из состава Украины.

На то время к нам уже доходила информация, что российское руководство не поддерживает государственный суверенитет анклавов и не собирается их признавать. Поступали рекомендации о федерализации Украины и создании автономии Юго-востока. Никакие наши доводы не действовали на руководителей ДНР, мы не смогли прийти к согласию.

После переговоров с Донецком проводить референдум по разным с республиками вопросам потеряло смысл, а референдум по донецкому сценарию был обречен на непризнание с далеко идущими последствиями. Протестное движение на Юго-востоке так и осталось не объединенным, каждый регион продолжал действовать самостоятельно, даже бросок Стрелкова на Славянск никак не пытались увязать с событиями в Харькове.

Попытку объединить сопротивление в шести регионах Юго-востока, без Донецка и Луганска, предприняла находящаяся на территории России инициативная группа «Новая Русь», но она так и не стала объединительным центром протестного движения. Дальше назначения кураторов «Новой Руси» в каждый регион дело не пошло.

В середине апреля была предпринята еще одна попытка объединить сопротивление в рамках проекта «Новороссия», переименованного потом в «Юго-восток», направленного на федерализацию Украины и юго-восточную автономию. Руководил проектом Олег Царев, единственный из руководства «Партии регионов», порвавший с ней и начавший действовать в интересах сопротивления Юго-востока.

Целью проекта было не отделение Новороссии от Украины, как многие считали, а консолидация сил сопротивления для переговоров по будущему устройству Украины на федеративных основах. Естественно, в рамках этого движения никаких призывов и действий, направленных на отделение от Украины, не проводилось.

Эта инициатива была принята в штыки олигархатом и руководством ДНР и ЛНР, противившимся реализации этого проекта. В объединенный штаб «Новороссии» входили представители всех регионов, кроме Донецка и Луганска, которые принципиально игнорировали эту структуру, хотя ее штаб находился в Донецке. Для донецких «новороссы» были чужие, пытавшиеся всех объединить и лишить их реальной власти на Донбассе.

Параллельно с попытками использовать протестное движение для решения проблем Юго-востока олигархат и руководство ДНР при согласии околокремлевского окружения, влияющего на принятие решений, готовили сдачу республик путчистам. Неожиданно, спутав всем карты, вмешался фактор Стрелкова, совершившего бросок на Славянск.

Это было продолжение «крымской инициативы». Стрелков пришел в Славянск из Крыма 12 апреля и привел с собой отряд ополченцев из разных регионов Украины и России. Конечно, действовал он не самостоятельно. По результатам успешно завершившейся операции в Крыму руководители группы Малофеева и стоящие за ними более высокие чины посчитали возможным провести такую же операцию в глубоком тылу на Донбассе. Поддержки российского руководства у них наверняка не было, действовали они по своей инициативе. Думаю, что Стрелков мог и не знать, что операция не санкционирована сверху.

Донецк и Луганск тем более были непричастны к этому, в их планы вообще не входило на этом этапе организовывать вооруженное противостояние, они готовились к почетной капитуляции. Именно в Славянске впервые началось вооруженное сопротивление путчистам, в малых городах Донбасса оно началось позже.

Стрелков потом описывал, что практической помощи ему оружием, боеприпасами и продуктами практически никто не оказывал, ни те, кто послал, ни руководители республик. Пытался как-то помочь ему руководитель ЛНР Болотов. В конце апреля нам из Харькова удалось по просьбе Олега Царева прорваться в Славянск с продуктами и лекарствами. Мы видели, как непросто складывается ситуация в осажденном городе. Все силы украинской армии были брошены не на Донецк и Луганск, а на Славянск. Отряд Стрелкова сражался и ждал помощи, но так и не дождался ее, за их спиной готовилась сдача республик.

На конец апреля путчисты планировали окончательно погасить очаги протестного движения на Юго-востоке. По Донбассу была договорённость о постепенной сдаче республик, российское руководство особо не возражало. С Харьковом разделались просто. После первой зачистки ополчения второй удар нанесли 30 апреля, арестовав остатки руководства сопротивлением после нашего прорыва в Славянск с гуманитарной помощью. Побоялись, что мы можем при поддержке Славянска начать такие же действия в Харькове, обвинив нас в подготовке теракта на День Победы.

Довольно мирно протестовавшую Одессу решили показательно наказать жесточайшим образом в назидание другим регионам. Воспользовавшись футбольным матчем в Одессе, завезли футбольных фанатов и под их прикрытием, организовав провокацию со стрельбой, убили и заживо сожгли большую группу сторонников одесского сопротивления.

Организованное вооруженное сопротивление в Славянске и намеченный на 11 мая референдум, несмотря на договоренности с донецким олигархатом, изрядно напугали путчистов и стоящих за ними США. Они предположили, что Россия собирается повторить крымский сценарий для всего Юго-востока. Не исключено, что отдельные группы влияния пытались убедить российское руководство в более решительных действиях, но конкретных шагов в этом направлении замечено не было.

Приезд в Москву 7 мая посланника ОБСЕ президента Швейцарии Буркхальтера наверняка был направлен на то, чтобы приостановить активность России на Украине. По всей видимости, веские доводы нашлись, слишком уж неуверенно выглядел президент России на последовавшей затем пресс-конференции. Россия признала президентские выборы на Украине и легитимность Порошенко, и на следующих этапах кризиса вела с ним переговоры о его урегулировании.

После приезда «гостя» и заявлений Путина о целесообразности переноса референдума о статусе республик миссия Стрелкова бала обречена, никто ему поддержки оказать уже не мог. Украинская армия была брошена не на Донецк, а на восставший Славянск. Началась его осада.

Намеченный на 11 мая референдум о государственном суверенитете республик все равно состоялся. Люди массово поддержали его, искренне поверив в возможность повторения на Донбассе крымского сценария, не подозревая о невозможности его повторения.

Кураторам «крымской инициативы» 15 мая удалось перехватить управление республиками у ставленников олигархии, ДНР возглавил пришедший также из Крыма Бородай, а министром обороны стал находящийся в Славянске Стрелков.

Олигархия не ожидала такого «подарка» и затряслась от ярости. Взбешенный Ахметов 19 мая сделал публичное заявление о «бандитской республике» (когда ею управляли его люди, он молчал) и призвал весь Донбасс бойкотировать республику, но олигарха уже никто не слушал.

Все это только подтверждало версию о готовящейся сдаче республик, остановленной броском на Славянск и перехватом управления республик. После проведения референдума и нарушения договоренности о сдаче республик Донбасс был обречен на войну, которая продолжается до сих пор.

Независимо от подковерных договоренностей в мае и июне усиливалось военное противостояние на Донбассе, поднимались малые города и брались за оружие. В Луганской области поднялись казаки, участились прорывы российско-украинской границы, при этом российские пограничники старались не допускать этого. В итоге образовался ряд «коридоров» на границе, и Донбасс с этого времени стал практически непобедим.

В июне активизировался и проект «Новороссия», начали предприниматься попытки возродить идею федерализации Украины и объединить регионы Юго-востока. Все это проводилось не с целью отделения Новороссии от Украины, как многие считали, а для возвращения идеи федерализации Украины, на которой изначально настаивало российское руководство. Тогда это сделать еще было можно, так как на Донбассе только разгоралась война.

Структуры, влияющие на принятие решений, по всей видимости, нашли возможность «убедить» и руководство республик пойти на объединение в единое конфедеративное «государство».

Такая конфедерация ДНР и ЛНР была создана 24 июня. Следом был избран народный совет во главе с Царевым. Дальше к ним должны были присоединиться остальные регионы Юго-востока.

Тогда же с участием представителей России и ОБСЕ была предпринята попытка остановить войну на Донбассе. Начались прямые переговоры с республиками. 23 июня было заключено перемирие с тем, чтобы с 1 июля начать переговоры о полномасштабном примирении на Украине. Но Порошенко под давлением США, стремившихся втянуть Россию в военный конфликт на Украине, решил зачистить Донбасс и отдал приказ 30 июня о наступлении. Все договоренности были нарушены, реального объединения Юго-востока не произошло, и проект «Новороссия» пришлось отложить.

На этом этапе противостояния на Юго-востоке позиция российских властных структур в основном была направлена на достижение компромисса с властью путчистов. Последние, находясь под полным контролем США, постоянно нарушали достигнутые договоренности. Россия шаг за шагом отступала и теряла свои позиции на Украине, а власть путчистов медленно и уверенно усиливалась.

Окончание следует…
Автор: Юрий Апухтин

Подпишитесь на нас Вконтакте

416

Похожие новости
06 ноября 2018, 06:40
23 октября 2018, 08:00
02 ноября 2018, 06:20
29 октября 2018, 06:00
04 ноября 2018, 07:40
26 октября 2018, 02:20

Новости партнеров