Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Российская разведка возрождается после крупнейшего морального кризиса


100 лет назад, 20 декабря 1920 года, председатель ВЧК Феликс Дзержинский подписал приказ № 169 об образовании Иностранного отдела (ИНО) ВЧК. Именно эта дата с недавних пор считается днем создания внешней разведки России, как правопреемницы ИНО и ПГУ КГБ СССР.
С 20 декабря 1920 года одно время конкурировала дата 28 июня 1922 года, когда коллегией Главного политического управления (ГПУ), на тот момент единого органа государственной безопасности в Советской России, было утверждено «Положение о закордонном отделении ИНО», в котором впервые были определены цели и задачи работы за рубежом. Но сам факт именно учреждения ИНО случился все-таки 20 декабря.
Есть еще 18 декабря 1991 года, когда Борис Ельцин издал указ о создании СВР РСФСР. Но, согласно официальной трактовке, Ельцин тогда никакую новую службу не создал, а лишь переименовал Центральную службу разведки СССР в СВР России. То есть чрезвычайно важен вопрос преемственности. Как в историческом, так и в чисто человеческом измерении.
В этом году коронавирус вмешался даже в процесс празднования 100-летнего юбилея СВР. Директор Службы Сергей Нарышкин принял решение отказаться от торжественных собраний и концертов, поскольку могла появиться угроза для здоровья ветеранов – традиционно главных действующих лиц на таких мероприятиях. Тем не менее практически весь год выходили документальные фильмы, издавались книги и публиковались рассекреченные материалы из архивов ИНО и ПГУ КГБ. В сентябре во внутреннем дворе штаб-квартиры СВР в Ясенево был открыт монумент сотрудникам внешней разведки всех времен, на котором запечатлены в том числе и те, чьи имена были рассекречены только в этом году.
Обычно к такого рода датам принято традиционно перечислять основные вехи деятельности советско-российской внешней разведки. Операция «Трест», «кембриджская пятерка», «Майор Вихрь» и спасение Кракова, атомный проект, Карибский кризис, холодная война. Из 1990-х – только эпоха Евгения Примакова, который сохранил разведку в дееспособном виде.
Иногда этот хрестоматийный набор разбавляется менее известными сюжетами, как было в этом году с историей нелегала Алексея Козлова и атомного проекта ЮАР и судьбой Африки де лас Эрас. О них были сняты отдельные фильмы. Или история Иосифа Григулевича, работавшего под именем Теодора Кастро послом Коста-Рики в Италии и Ватикане и получившего в этом качестве из рук папы Римского Мальтийский крест. Единственный, кстати, караим в истории разведки и удивительной судьбы человек. Достаточно сказать, что папа регулярно советовался с «Теодором Кастро» по вопросам внешней политики, не зная, что 15 раз удостаивает личной аудиенции советского разведчика-нелегала.
Сергей Нарышкин в одном из недавних интервью сказал, что в этом году некоторые сотрудники Службы были удостоены высоких правительственных наград за «весомый вклад в обеспечение безопасности страны». «К сожалению, – подчеркнул Нарышкин, – рассказать сейчас об этих замечательных людях, профессионалах высокого уровня, и достигнутых ими результатах не представляется возможным из соображений безопасности разведдеятельности». «Но я надеюсь, что по прошествии времени российское общество узнает о них и сможет отдать должное их мужеству, стойкости и отваге», – уверен директор СВР.
Многое традиционно говорится о нелегальной разведке, как отличительной особенности советско-российской разведывательной системы. Да, таким инструментом, кроме России, мало кто обладает.
А если такие проекты и есть (например, в Китае и Израиле), то опираются они на многочисленные диаспоры или на людей, ощущающих себя как бы внутри этой диаспоры. Но такой системы обучения нелегалов с нуля, погружения в язык и культуру народа и государства, где придется работать, нет больше ни у кого в мире.
И для этого нужны особенные люди. И именно в этом году впервые как в официальных заявлениях директора Службы, так и в многочисленных документальных материалах к юбилею очень много слов и внимания уделяется именно качествам – человеческим и профессиональным – современных сотрудников разведки.
Сергей Нарышкин в одном из интервью подчеркнул, что «в разведывательную службу идут не за деньгами и известностью, а руководствуются высоким гражданским чувством – чувством любви к земле своих предков, любви к своему Отечеству и желанием это Отечество защищать». Вообще-то, в самом девизе СВР сказано: «Без права на славу во славу державы». Профессия, конечно, сама по себе не лишена романтики, но она не для тех, кто ищет славы и денег. Грех тщеславия – самое страшное, что может случиться с профессиональным разведчиком. Здесь жизненная и рабочая мотивация совсем другая.
Один очень заслуженный ветеран-нелегал, Герой России, недавно, буквально месяц назад ушедший из жизни, рассказывал, как ему, студенту-архитектору, предложили поступить на службу в советскую разведку (дело было в начале 1960-х годов, разгар «оттепели» с ее специфически интеллигентскими ценностями). Он сильно удивился и спросил: «А что, разведке нужны архитекторы?». И получил ответ: «Нет, разведке архитекторы не нужны. Но ты нужен Родине». И это была самая короткая вербовка из всех, что он видел.
Серьезный моральный кризис в этой области случился в конце 1980-х годов и продолжился в начале 1990-х. Разрушение идеологии и распад Союза – это только внешний антураж. Страшнее то, что был дискредитирован сам образ Родины. Несколько лет страну и государство обливали грязью не только все до единого СМИ, но и, как выражаются сейчас, лидеры общественного мнения – от политиков до ученых и творческой интеллигенции. Любая работа на государство и «во славу державы», включая службу в армии и работу в разведке, стала оцениваться резко негативно даже на бытовом уровне.
Кроме того, люди разочаровывались не в самой работе, а в ее результатах. Тот стиль государственного управления, который доминировал в 1990-х годах, не слишком сочетался с самоотверженностью работы в разведке.
Критерием стали деньги, а не служение Родине, а денег в разведке не заработаешь по сравнению с коммерческой сферой. Это уж не говоря о том, что в хорошем смысле слова романтиков и искренних патриотов принимали тогда за кого-то вроде безобидных неудачников. Не все выдержали такое крушение морально-этической системы. Хотя большинство все-таки с этим справилось.
На официальном сайте СВР сухим стилем перечисляются профессиональные качества, которыми должен обладать сотрудник разведки. Развитое чувство долга, настойчивость и творческий подход к выполнению служебных обязанностей. Разведчик должен иметь отличную память, аналитический склад ума, уметь принимать правильные решения в сложных ситуациях, проявлять разумную инициативу и оправданный риск, способность к продолжительной концентрации внимания и изучению иностранных языков. Среди других, не менее важных качеств в СВР называют коммуникабельность, внутреннюю организованность, принципиальность, порядочность и честность в отношениях с руководством и коллегами.
Это, конечно, перечень очень формальный, «анкетный». Он даже может вызвать улыбку, как любое такое перечисление «всего хорошего». Но надо подчеркнуть, что в последние годы наблюдается отход от того «анкетного» принципа, который долгое время бытовал еще в советской разведке. Личные качества могут проявляться, скажем так, не в такой последовательности или объеме, как это перечислено в официальных текстах СВР. Творческий подход иногда более важен, чем схематичная манера поведения.
Представление о том, что творческие и эмоционально независимые люди представляют потенциальную угрозу для разведки, поскольку якобы нестабильны в поведении, постепенно корректируется.
Да, есть формальные критерии для тех молодых людей (женщины на оперативные позиции официально не рассматриваются, можете считать это сексизмом, но это правда жизни), которых приглашают на службу в разведку. От наличия высшего образования до физических кондиций. Но разнообразные таланты (от склонности к иностранным языкам до аналитических способностей) всё же важнее умения двадцать раз подтянуться.
Сейчас уже никому и в голову не приходит рассуждать о том, что разведка – это не более чем дорогостоящая игрушка, некий атрибут государства, и лучше бы потратить ее бюджет на что-нибудь популистское и очень гуманитарное. Такое государство, как Россия, не может обойтись без этого «атрибута» просто в силу того, что глобальное противостояние никто не отменял.
Сейчас не принято публично определять противников или какие-то определенные цели деятельности разведки, за исключением террористических организаций. Но сам ход развития событий в последние годы таков, что ситуативно расстановка фигур понятна. И нет уже никакой необходимости доказывать, как это порой приходилось делать на излете Советского Союза и в 1990-е годы, что внешняя разведка необходима России просто, как говорят в медицине, «по жизненным показаниям».
За сотню лет ее существования были разные эпохи развития разведки, со своими победами и спадами, но сейчас приходит время нового поколения, которое, однако, вновь приходит в разведку по идейным соображениям, а не за статусом или деньгами. Конечно, они должны подрасти, но смена поколений неизбежна. И есть надежда, что вся традиция и опыт предыдущего столетия советско-российской разведки сработают правильно.
Евгений Крутиков

Подпишитесь на нас Вконтакте


637

Похожие новости
20 июля 2021, 06:40
26 июля 2021, 10:40
16 июля 2021, 13:20
26 июля 2021, 05:00
21 июля 2021, 09:20
16 июля 2021, 13:20

Новости партнеров