Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Остаться в полуживых



Война против России ведется экономическими, информационными, дипломатическими средствами, но силовая фаза может начаться в любой момент. Армия и флот активно перевооружаются на новые ВВСТ, проводят учения. Верховный главнокомандующий лично руководил тренировкой СЯС с пусками баллистических ракет. А готовы ли к массовому приему раненых и больных военная медицина и гражданское здравоохранение?

За время Великой Отечественной войны было госпитализировано с ранениями и по болезни свыше 22 миллионов человек – солдат и офицеров Красной армии. Из этого огромного количества 17 миллионов вернулись в строй, продолжили сражаться на фронтах.


В лечении раненых и больных участвовала не только военно-медицинская служба, но и гражданские учреждения здравоохранения по всей стране.

Маршал Советского Союза Константин Рокоссовский вспоминал: «…при подготовке к битве на Курской дуге пополнение частей фронта шло в основном за счет возвращающихся в строй раненых. Именно бывшие раненые, получившие полное излечение в эвакогоспиталях, оказывались в частях теми ветеранами, которые учили искусству боя новичков, учили их не бояться вражеской пули, водили в атаки и составляли железный костяк наших фронтовых подразделений».


Сегодня вдоль западной границы России развернуты три новые мотострелковые дивизии, оснащенные современными видами вооружения и боевой техники, сформирована танковая армия. Ускоренными темпами идет возрождение оборонной промышленности. Регулярно проводятся внезапные проверки боеготовности родов войск, крупномасштабные комплексные учения по всей территории страны, на прилегающих морских ТВД, в воздушном пространстве, мероприятия по гражданской обороне. Но в сводках об этом не фигурируют военно-медицинские подразделения да и гражданские медучреждения тоже.

А ведь в случае возникновения и развития вооруженного конфликта между войсковыми соединениями НАТО и ВС РФ появится необходимость в мобилизации крупных стационаров, которые должны располагаться в надежно защищенном тылу. Вряд ли таковыми можно считать больничные комплексы по соседству с Украиной в таких областных центрах, как Брянск (100 километров от границы), Орел (160), Курск (100), Белгород (40). Все эти города сразу окажутся в зоне обстрела и обязаны будут принимать прежде всего пострадавшее население.

По некоторым расчетам, с началом масштабных боевых действий в числе раненых, пострадавших, больных могут оказаться до 100 тысяч военнослужащих. Потребуется в спешном порядке развернуть коечную сеть в объеме не менее 10 процентов от этого числа, то есть как минимум 10 тысяч мест. Причем пациенты пойдут в основном хирургические. Ими должны заниматься военно-полевые медицинские подразделения вблизи передовой. А что у нас в наличии, если ориентироваться на Западный театр военных действий?

Это в первую очередь 1586-й окружной клинический госпиталь в Подольске. Но со всеми его филиалами наберется от силы две тысячи коек. А находящиеся в Москве и Подмосковье центральные военные клинические госпитали типа Красногорского ЦВКГ предназначены прежде всего для старшего офицерского состава.

Во-вторых, в мирное время у военных госпиталей нет такого повседневного разностороннего хирургического опыта, как в гражданских больницах. В-третьих, и это, наверное, самое важное – в военной медицине наберется не более 15 процентов врачей-хирургов всех профилей. Остальные – терапевты. Так что без гражданского здравоохранения не обойтись.

Что касается мобильных военно-полевых медицинских подразделений, их первейшей задачей станет оказание неотложной помощи раненым, их сортировка и отправка в тыловые медучреждения, в числе которых могут быть гражданские больницы областного и районного уровня. Готовы они принять такое количество пациентов?

О болячках нашего здравоохранения знает каждый из нас, лично сталкиваясь с системой. На слуху многочисленные вопиющие случаи оказания некачественной (мягко говоря) помощи, нехватка квалифицированных врачей. Все говорит о том, что ожидаемого роста эффективности и доступности за последние годы не произошло. Это известно и на самом верху. 13 мая 2017 года вышел Указ президента РФ № 208, утверждающий «Стратегию экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года», где в разделе «II. Вызовы и угрозы экономической безопасности» в п. 21 открыто признается факт «снижения качества и доступности образования, медицинской помощи и как следствие – снижение качества человеческого потенциала».

Жизнь по квоте

Как сегодня обычно проходит общение пациента с врачом?

1-й этап – диспансеризация, которая призвана выявить заболевание, в том числе серьезное, на ранних стадиях. Но она была и остается формальной. Не случайно известная заповедь гласит: «Хорошо лечит тот, кто хорошо диагностирует». Сколько людей (в основном мужчин) ушло из жизни из-за острой сердечной недостаточности, инсульта в 40–60 лет? Таков уровень нашей диспансеризации.



Причины? Слабая материальная заинтересованность врачей, недостаточная квалификация, ограничение времени общения с пациентом, отсутствие современного диагностического оборудования. Но даже оснащение больниц и поликлиник современной аппаратурой не означает, что ваш недуг будет своевременно установлен с назначением адекватного лечения. Самый лучший инструмент эффективен лишь в умелых руках.

2-й этап – обращение к врачу. Начало хождения по мукам. Гораздо проще стала сама процедура записи на прием – современные информационные технологии позволяют делать это из дома. Но реально даже к терапевту сейчас можно попасть в лучшем случае через два-три дня. Более того, во многих поликлиниках произошло сокращение медперсонала, ощущается его острая нехватка. Недавно об этом говорилось на Пленуме Союза ветеранов Войск ПВО. В подмосковном поселке «Заря», например, где проживают в основном военные и их семьи, из девяти терапевтов остался лишь один, свидетельствует председатель местной ветеранской организации Алексей Дедов. Генерал-полковник Анатолий Хюпенен назвал ситуацию с медицинским обслуживанием ветеранов полным безобразием. В Звенигородском военном санатории у генерала и его жены не могли взять даже анализ крови. Из госпиталей, по его словам, пациентов спроваживают недолеченными. Порой врачей подталкивает к этому ФМС: жалоб нет – выписывайте.

В советское время на прием можно было попасть сразу, в день, когда возникала необходимость. Сейчас, если требуется обратиться к узкопрофильному специалисту, ожидание может растянуться до месяца. Далеко не факт, что примут без талона даже с острой болью, – таких страждущих хватает. Время на прием пациента теперь жестко регламентировано. За 10 минут надо выслушать жалобы, расспросить, изучить результаты анализов и обследований, поставить диагноз, назначить лечение. Врач порой даже не поднимает головы на пациента и пишет, пишет…

3-й этап – обращение в медицинское учреждение с серьезным заболеванием, когда показана высокотехнологичная медицинская помощь (ВМП). Такая процедура, само обращение за квотой унизительны – вроде как выпрашиваешь право на жизнь. А далее – еще несколько этапов: операция, выхаживание, реабилитация.

В специализированных медицинских центрах еще можно встретить отечественных докторов хаусов – знающих, умеющих, думающих и желающих помочь. А в районных больницах и поликлиниках? Вдобавок многие медучреждения захлестнула чума нашего времени – скрытое и откровенное вымогательство.

14 августа в знаменитой Боткинской больнице москвич умер в приемном покое после четырех часов ожидания помощи. Он был доставлен на «скорой» с диагнозом «двусторонняя пневмония». Трагическая случайность или закономерность? Бывает, что привозят с диагнозом «инсульт», но больной не получает положенной помощи в течение суток. А ведь в таких случаях крайне важно оказать ее в первые часы, иначе в мозге начинаются необратимые изменения.

Спирт, скальпель, кошелек

Что же происходит вдалеке от столицы, если под стенами Кремля творится подобное?

В поселке Селятино Наро-Фоминского района расположена районная больница № 5 (РБ № 5), бывшая медсанчасть № 48 Третьего главного управления Минздрава СССР, которая обслуживала работников режимных предприятий (почтовых ящиков), входивших в систему Минсредмаша СССР. В свое время подобные учреждения создавались по единому принципу – вся инфраструктура (медико-санитарная и вспомогательная) располагалась компактно, как правило, в добротно построенных зданиях, оснащалась первоклассным медицинским оборудованием. В советское время МСЧ-48 была жемчужиной Наро-Фоминского района в оказании высокопрофессиональной медпомощи населению поселка и работникам предприятий, расположенных в нем.

Сегодня былой уровень в прошлом, с врачами негусто. За 2015–2016 годы смертность в поселке превысила рождаемость. Тенденция сохраняется и в 2017-м. А всех, кому необходима консультация врачей узкого профиля, направляют в учреждения областного или республиканского уровня.

Что мешает на основе медсанчасти сделать современнейший медицинский центр районного уровня? По соседству, за забором располагается военный госпиталь – филиал 1586-го окружного. На огражденных территориях имеются свободные площади, которые могут быть использованы для строительства. К тому же в 55 километрах военный аэродром Ермолино, способный принимать вертолеты всех типов и военно-транспортные самолеты. А до западной границы с Украиной (Черниговская, Сумская и Харьковская области) – 350–400 километров.
На основе такого больнично-госпитального комплекса реально организовать медицинский центр постоянной мобилизационной готовности с современной диагностической и лечебной базой. В мирное время он мог бы принимать гражданское население и людей в погонах, а в военное – оказывать медицинскую помощь рядовым, сержантскому и младшему офицерскому составу, получившим ранения разной степени тяжести.

В прошлом профессия врача считалась престижной, почиталась в народе. Сейчас ее привлекательность резко упала: лишь 30 процентов выпускников мединститутов устраиваются на работу по специальности. Врачи в больницах и поликлиниках вынужденно работают на нескольких ставках. Оклады педагогов в медвузах не превышают 15 тысяч рублей, кандидатов и докторов медицинских наук – 25–40 тысяч. Добирают кто как может.

А ведь специалисты высшей школы, НИИ, институтов усовершенствования врачей зачастую оказывают консультации военным медикам в госпиталях при лечении раненых, нуждающихся в специализированных видах помощи. О необходимости такого тесного взаимодействия говорил еще начальник Главного военно-санитарного управления Красной армии Ефим Смирнов, анализируя и обобщая работу медицинской службы в годы Великой Отечественной. Увы, нет пророка в своем Отечестве.

В Крыму поликлиники и стационары недосчитываются порядка девятисот специалистов разного профиля – для полуострова с населением 2,3 миллиона человек цифра угрожающая. Срочно требуются участковые терапевты и педиатры, неврологи, кардиологи, онкологи, диагносты, инфекционисты, гастроэнтерологи… Дефицит по всем медицинским направлениям.

Кое-что делается. В 2016-м в Крым прибыли 116 молодых специалистов. Однако многие из них предпочли частные клиники либо вообще ушли из здравоохранения, «не выдержав тяжести ответственности за жизнь и здоровье пациентов».

Много жалоб поступало, например, из Алупки. В единый комплекс с Ялтинской (Ливадийской) городской больницей № 1 областной Минздрав объединил около двух лет назад все медучреждения Алупки. Точнее, то, что от них осталось, – поликлинику и стационар, в котором предварительно сократили число коек с перепрофилированием из круглосуточного в дневной. Необходимые материалы здесь получают по остаточному принципу. Рентген неисправен уже несколько месяцев. С середины лета почти вдвое упала зарплата. Медсестры получают на руки 10-11 тысяч рублей. Почему? Ответа добиться не могут. Более того, врачи обложены штрафами за то, что принимают за смену больше пациентов, чем положено по регламенту.

А ведь Крым – непотопляемый авианосец России. Отношение должно быть соответствующим.

Список лекарств

Еще год назад сообщалось об увеличении средней продолжительности жизни россиян до 71,5 года, а теперь уже и до 72,2. Но одновременно появляется информация о превышении убыли населения над рождаемостью. По результатам исследования, заказанного Всемирным банком, Российская Федерация – европейский лидер по смертности мужчин до 65 лет – 43 процента. А ведь это все потенциальные и реальные защитники Отечества. В Швейцарии, Японии, Израиле (постоянно воюющей стране) средняя продолжительность жизни мужчин – 81 год.

У нас бюджетные расходы на здравоохранение составляют лишь 3,5 процента от ВВП и в последние годы сокращаются. Сравнивать их с аналогичными тратами США и стран Европы не будем – они превышают российские в разы. Минимальный уровень, рекомендованный Всемирной организацией здравоохранения для слаборазвитых стран, – пять процентов.

«Военно-промышленный курьер» выяснил у специалистов, что же делать помимо того, о чем говорят руководители отечественного здравоохранения. Надо:

изменить отношение к приему студентов на медицинские специальности высших и средних учебных заведений – только по призванию, после предварительного собеседования, доказывающего, что человек подходит для врачебной деятельности, в случае одобрения кандидат допускается к вступительным экзаменам;

обучать только за государственный счет (при запрете платного!) с обеспечением достойной стипендией (не менее прожиточного минимума) и жильем;

воссоздать систему последипломного государственного распределения выпускников;

установить оклады для профессорско-преподавательского состава не ниже 8–10 МРОТ с доплатами за ученые степени, звания и педагогический стаж (соответственно и для персонала, обеспечивающего образовательный процесс);
аналогичную систему оплаты труда ввести в лечебно-госпитальных медицинских учреждениях;

преобразовать управление медучреждениями, разделить административное и лечебное руководство, инфраструктуры жизнеобеспечения и врачебно-профилактической работы; главный врач должен управлять лечебным и восстановительным процессом, а директор во взаимодействии с администрациями всех уровней обеспечивать необходимые условия, в том числе финансово-экономические;
отказаться от страховых компаний как неэффективных и обременительных посредников между лечебными учреждениями и бюджетным финансированием.

Наконец, главный вопрос – о материальных источниках таких масштабных преобразований. Пришло время воспользоваться заветом Александра Лившица «Делиться надо!». Прежде всего приземлить вызывающие оклады депутатов Госдумы. Привести к разумным значениям фантастическую зарплату топ-менеджеров компаний с государственным участием. Да и наши олигархи могли бы поделиться по примеру американских миллиардеров, передающих значительные суммы на благотворительные цели. Владимир Путин подал хороший пример – продлил на 2018 год срок действия своего же указа, в соответствии с которым зарплата главы государства и председателя правительства, вице-премьеров и министров, а также генерального прокурора, главы Следственного комитета и руководителя Центральной избирательной комиссии выплачивается с «дисконтом» в 10 процентов.

Хорошо бы сформировать внебюджетный фонд для развития здравоохранения, в который отчислялись бы и денежные средства, конфискованные по суду у коррупционеров. Внешние долги не прощать, а возвращать, как это прагматично делают многие западные страны, и хотя бы частично направлять в такой фонд. С миру по нитке – будет у нашего здравоохранения добротная рубаха. Словом, финансы найти можно, были бы политическая воля и желание.

А пока очень часто приходится в отчаянии сгребать все имеющиеся денежные средства, собирать их по друзьям и знакомым, чтобы обратиться в хорошую клинику, где есть возможность получить высокопрофессиональную или хотя бы просто квалифицированную помощь.
Есть и положительные примеры в развитии медицины, в том числе военной. Элитный военный госпиталь (ЦВКГ им. А. А. Вишневского) в Красногорске стал многопрофильным центром с высоким уровнем услуг, чем мы обязаны в первую очередь прежнему начальнику – генерал-майору медицинской службы, доктору медицинских наук, профессору Юрию Немытину, во время афганской кампании – руководителю медицинской службы 40-й армии. Но это лишь подтверждает вывод: все зависит от конкретных людей, их отношения к делу.

В фильме замечательного кинорежиссера-сказочника Александра Роу «Василиса Прекрасная» есть эпизод: Иван, крестьянский сын, подходит к месту хранения волшебного меча, с помощью которого может покончить со Змеем Горынычем. Но тут появляется огромный паучище и заявляет, что Иван получит кладенец, если отгадает хотя бы одну загадку. И что насекомое ни спросит – все у Ивана невпопад. Не дождавшись ответа на последнюю свою загадку «что милее всего на свете?», паук уже собирается проглотить Ивана, как до того дошло, что «жизнь милее и дороже всего на свете».

А в основе ее – здоровье человека, которым как раз и должны озаботиться государство и каждый из нас. Нашей власти и каждому ее представителю на любом уровне пора осознать простую истину: здоровая нация – это сильное государство, здравоохранение – слагаемое обороноспособности.
Автор: Олег Фаличев, Юрий Брыгин

Подпишитесь на нас Вконтакте

89

Похожие новости
14 декабря 2017, 15:40
15 декабря 2017, 05:00
14 декабря 2017, 15:40
15 декабря 2017, 13:20
14 декабря 2017, 15:40
15 декабря 2017, 00:00

Новости партнеров