Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Выбор дня
04 декабря 2020, 17:00
04 декабря 2020, 19:00
04 декабря 2020, 19:00
04 декабря 2020, 19:00
04 декабря 2020, 17:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Какие советские САУ были «зверобоями»? Анализ противотанковых возможностей отечественных самоходок


Первой советской самоходкой с ярко выраженной противотанковой направленностью стала СУ-85. Эта машина, построенная на базе среднего танка Т-34, в целом вполне соответствовала своему назначению. Но во второй половине войны броня СУ-85 уже не обеспечивала необходимой защиты, а 85-мм орудие могло обеспечить уверенное пробитие лобовой брони тяжелых немецких танков на дальности не более 800 м. В связи с этим встал вопрос о создании самоходной артиллерийской установки, способной на равных противостоять всем существующим и перспективным танкам противника.



Результаты обстрела на полигоне трофейных тяжелых германских танков продемонстрировали, что для существенного повышения бронепробиваемости необходимо увеличение начальной скорости 85-мм калиберного бронебойного снаряда до 1050 м/с или использование подкалиберных снарядов с твердосплавным сердечником. Однако создание нового выстрела с увеличенной навеской порохового заряда в военное время сочли невозможным, а массовое производство подкалиберных снарядов требовало повышенного расхода дефицитных кобальта и вольфрама. Испытания показали, что для уверенного поражения тяжелых немецких танков и САУ требовалось орудие калибром не менее 100 мм. К тому моменту в СССР было создано 107-мм танковое орудие ЗИС-6 (на базе дивизионной пушки М-60). Но ЗИС-6, как и М-60, имело раздельно-гильзовое заряжание, что ограничивало скорострельность. К тому же производство М-60 прекратили в 1941 году, а танковую версию так до конца и не доработали. Поэтому для новой противотанковой самоходки было решено спроектировать орудие, использующее унитарные выстрелы 100-мм морской универсальной пушки Б-34. Морская система изначально имела унитарное заряжание, и снаряд Б-34 обладал более высокой начальной скоростью. Разница между бронебойными снарядами к Б-34 и М-60 оказалась менее двух килограммов. Однако создание танкового 100-мм орудия с приемлемыми массогабаритными характеристиками оказалось непростой задачей. В начале 1944 года под руководством Ф. Ф. Петрова на основе морского зенитного орудия Д-10 была создана новая 100-мм пушка Д-10С. Орудие Д-10С было легче своих конкурентов и могло быть размещено на шасси среднего танка Т-34 без существенных изменений и излишнего увеличения массы машины.

Самоходная артиллерийская установка СУ-100


В феврале 1944 года начались испытания самоходной артиллерийской установки СУ-100, в ходе которых было произведено 1040 выстрелов и пройдено 864 км. При создании СУ-100 конструкторы Уралмашзавода использовали наработки по модернизированной СУ-85, созданной в конце 1943 года. Состав экипажа СУ-100 по сравнению с СУ-85 не изменился, но было внесено много существенных улучшений, из которых наиболее заметным стало появление командирской башенки. Впрочем, при разработке новой ПТ САУ был не только увеличен калибр орудия. Для обеспечения защиты от наиболее распространенных немецких 75-мм орудий Pak 40 и Kw.K.40 L/48 толщина верхнего лобового листа и люка механика-водителя возросла до 75 мм при угле наклона 50°. Толщина бортовой брони осталась прежней – 45 мм. Толщина маски орудия составляла 100 мм. Двустворчатый люк для панорамы в крыше корпуса сильно изменился, также в его левой створке появился перископический прибор MK-IV. Смотровые перископические приборы по периметру рубки убрали, зато на крышу вернулся вытяжной вентилятор. От наклона кормового листа рубки отказались, что увеличило объём боевого отделения. Общая конструкция орудийной установки оказалась схожей с СУ-85. Также из боевого отделения убрали левый передний топливный бак, а подвеску передних опорных катков усилили. Боекомплект по сравнению с СУ-85 снизился почти на треть, до 33 выстрелов. Пушка монтировалась в лобовой плите рубки в литой рамке на двойных цапфах, позволявших её наведение в вертикальной плоскости в пределах от −3 до +20° и в горизонтальной ±8°. При стрельбе прямой наводкой наведение на цель осуществлялось при помощи телескопического шарнирного прицела ТШ-19, а с закрытых позиций — при помощи панорамы Герца и бокового уровня. В ходе испытаний была получена скорострельность до 8 выстр./мин. Практическая скорострельность орудия составляла 4—6 выстр./мин.


Первый прототип СУ-100 и серийная СУ-85

На СУ-100 устанавливался дизельный двигатель В-2-34 мощностью 500 л.с., благодаря которому САУ массой 31,6 т могла развить на шоссе скорость до 50 км/ч. Скорость на марше по грунтовой дороге обычно не превышала 25 км/ч. Емкость внутренних топливных баков составляла 400 л, что обеспечивало машине запас хода по шоссе 310 км. Запас хода по пересечённой местности – 140 км.

Эталоном для серийной СУ-100 стал второй опытный экземпляр, на котором были устранены основные недостатки, выявленные в ходе испытаний. Вместо бандажей опорных катков с перфорацией стали использовать сплошные бандажи с большей живучестью. На верхнем кормовом листе корпуса стали крепить по две дымовые шашки. Также на крыше рубки, справа от люка под панораму, появился колпак, на котором крепился новый стопор орудия по-походному. Толщину брони командирской башенки довели до 90 мм.


Самоходная артиллерийская установка СУ-100

3 июля 1944 года вышло постановление ГКО №6131 о принятии СУ-100 на вооружение. Первая партия из 40 машин была сдана военным в сентябре 1944 года.


В ходе фронтовых испытаний самоходка получила высокую оценку, но поставки в строевые самоходно-артиллерийские полки пришлось отложить на несколько месяцев в связи с отсутствием массового производства 100-мм бронебойных снарядов. К слову, с той же проблемой столкнулись в ходе боевого применения полевых орудий БС-3. На первых порах в их боекомплекте имелись только унитарные выстрелы с осколочно-фугасными гранатами. В связи с вынужденной задержкой производства СУ-100 в серию пошла «переходная» установка — СУ-85М. Эта машина выпускалась с сентября по ноябрь 1944 года и представляла собой «гибрид» из шасси СУ-100 и вооружения СУ-85А.

Так как освоение в производстве бронебойного снаряда БР-412Б затянулось до октября 1944 года, первые самоходки поступали в учебные центры. Лишь в ноябре были сформированы и отправлены на фронт полки, оснащённые СУ-100. Штатное расписание САП было таким же, как и полков, имевших СУ-85. Полк насчитывал 318 человек и имел 21 САУ (20 машин в 5 батареях и 1 самоходка командира полка). В конце года на базе отдельных танковых бригад были сформированы первые самоходно-артиллерийские бригады (САБР): 207-я Ленинградская, 208-я Двинская и 209-я. Основными причинами формирования САБР стали трудности с управлением и организацией снабжения САП, число которых к концу 1944 года превысило две сотни. В бригаде имелось 65 СУ-100 и 3 СУ-76М.


Впервые СУ-100 массово применили в бою в январе 1945 года в ходе Будапештской операции. С учетом того, что РККА к началу 1945 года была в достаточной степени насыщена противотанковой артиллерией, новыми танками Т-34-85 и ИС-2, а также весьма эффективными в противотанковом отношении самоходками СУ-85, ИСУ-122 и ИСУ-152, новые САУ СУ-100 не оказали особого влияния на ход боевых действий. Кроме того, нормальной эксплуатации СУ-100 на первых порах препятствовал ряд конструктивных и производственных дефектов. На некоторых машинах появились трещины в сварных швах корпуса и имело место разрушение деталей орудийной установки при стрельбе. Несмотря на то, что, исходя из опыта эксплуатации СУ-122 и СУ-85, опорные катки усилили, а также внесли улучшения в конструкцию подвески, наблюдался повышенный износ первой пары опорных катков. Разрушались не только бандажи, но и обнаруживались трещины в дисках. В результате пришлось одновременно поставлять частям новые опорные катки и разрабатывать усиленный передний опорный каток и балансир к нему.

Новые самоходки по-настоящему проявили себя 11 января, когда, немецкие танки численностью до 100 единиц, поддержанные пехотой, перешли в контратаку. В тот день силами 1453-го и 1821-го САП было сожжено 20 танков противника. В то же время наряду с высокими противотанковыми качествами выявилось, что СУ-100 более уязвима к противотанковым средствам пехоты, чем танки. Это было связано с тем, что на самоходках изначально не имелось пулемётного вооружения, а наведение орудия на близко расположенные цели требовало поворота корпуса. Ввиду того, что длина ствола орудия Д-10С превышала 5 метров, маневрирование в лесистой местности и на городских улицах было затруднено. В начале января 382-й ГвСАП, даже не вступив в бой с вражеской бронетехникой, потерял половину самоходок в результате атаки вражеской пехоты, от которой оказалось нечем отбиваться.


С целью снижения потерь от пехоты, вооруженной фаустпатронами, часть машин дополнительно оснастили ручными пулемётами. Для уничтожения укреплений в населённых пунктах было решено задействовать ИСУ-152 и танки.

Наиболее массово СУ-100 были применены в ходе Балатонской операции 6—16 марта 1945 года, когда они отражали контратаки 6-й танковой армии СС. При этом были задействованы 207-я, 208-я и 209-я самоходно-артиллерийские бригады, а также несколько отдельных самоходно-артиллерийских полков. СУ-100 в ходе операции сыграли значительную роль в отражении германских танковых атак и показали себя высокоэффективным средством в борьбе с германской тяжёлой бронетехникой, включая и тяжёлые танки PzKpfw VI Ausf. B Tiger II. По итогам операции СУ-100 заслужили чрезвычайно высокую оценку.


На завершающем этапе войны немецкие танки редко появлялись на поле боя, и экипажи СУ-100 в основном расходовали осколочно-фугасные снаряды. Впрочем, в условиях, когда имелась возможность точно навести орудие, 100-мм осколочно-фугасный снаряд УОФ-412 демонстрировал хорошую эффективность против полевых укреплений, живой силы противника и легкобронированной техники, значительно превосходя по фугасному и осколочному эффекту 85-мм гранату УО-367. Зафиксированы случаи, когда 100-мм осколочными гранатами при стрельбе на дальности до 4000 м были подбиты немецкие средние танки PzKpfw.IV. По всей видимости, речь идёт о повреждении ходовой части при близком разрыве мощного снаряда массой 15,6 кг, содержавшего 1460 кг взрывчатки. Однако при прямом попадании в борт относительно тонкая 30-мм бортовая броня «четвёрки» тоже могла быть пробита.


Что касается бронепробиваемости орудия Д-10С при стрельбе бронебойно-трассирующим снарядом БР-412, то она оказалась вполне удовлетворительной. Снаряд массой 15,88 кг имел начальную скорость 897 м/с и на дистанции 1500 м пробивал по нормали 115-мм броню. На дистанции 1000 м при встрече под прямым углом 100-мм снаряд пробивал 135-мм бронелист. Обстрел трофейных танков на полигоне показал, что 100-мм пушка пробивает лобовую броню «Тигра» и «Пантеры» на дистанции до 1500 метров. Бортовая броня самых тяжелых серийных немецких танков, не превышавшая 82 мм, как и лобовая броня основных массовых средних танков PzKpfw.IV и самоходок StuG.III/IV, пробивалась с расстояния 2000 метров и более. Таким образом, бронепробиваемость Д-10С на реальных дистанциях боя позволяла ей уверенно поражать лобовую броню большинства германских танков и САУ.


Немецкий тяжелый танк PzKpfw VI Ausf. B. Tiger II

Формально защиту от 100-мм бронебойных снарядов на дистанции более 500 м обеспечивала лобовая броня тяжелого танка PzKpfw VI Ausf. B. Tiger II, а также тяжелых ПТ САУ Panzerjäger Tiger Ausf. B и Sturmkanone mit 8,8 cm StuK 43. Но ввиду острой нехватки легирующих металлов немцы во второй половине войны были вынуждены использовать броневую сталь высокой твёрдости, и броня танков «Тигр-II» и САУ «Ягдтигр» при попадании тяжелых снарядов трескалась и давала внутренние сколы, поражающие экипаж и оборудование. Тяжелые ПТ САУ «Фердинанд» ввиду небольшого количества построенных экземпляров не оказали существенного влияния на ход боевых действий и в случае появления их на поле боя уничтожались сосредоточенным артиллерийским огнём.

Самоходная артиллерийская установка СУ-100 появилась слишком поздно и не смогла в полной мере проявить свой высокий противотанковый потенциал на полях Второй мировой. По апрель 1945 года включительно промышленность сдала 1139 самоходок. Но их применение во многом сдерживалось дефектами изготовления и проблемами с ходовой частью. Весной 1945 года удалось вылечить большую часть «детских болячек», но война в Европе вскоре закончилась.

Серийное производство СУ-100 продолжалось и в послевоенное время. Кроме Свердловска, СУ-100 выпускали в Омске, до начала 1948 года всего была построена 3241 машина. В послевоенное время лицензию на СУ-100 получила Чехословакия, где в период с 1953 по 1956 год произвели ещё 770 самоходок этого типа. САУ СУ-100 активно поставлялись на экспорт и участвовали в ряде локальных конфликтов.


В нашей стране СУ-100 активно эксплуатировались до второй половины 1970-х годов, после чего находились на хранении до второй половины 1990-х. Дольше всего служба противотанковых самоходок длилась в Краснознамённом Дальневосточном военном округе. Машины, построенные на шасси Т-34, демонстрировали лучшую проходимость по слабым грунтам, чем танки Т-55 и Т-62, что было немаловажно на обширной территории с многочисленными заболоченными поймами рек и таёжными марями.


Отметилась СУ-100 и в кинематографе. В фильме «На войне как на войне», снятом в 1968 году по одноимённой повести Виктора Курочкина, эта самоходка изображала СУ-85, которых в конце 1960-х в исправном состоянии в СССР уже не было.

Анализ противотанковых возможностей советских САУ


В заключительной части цикла, посвящённого противотанковым возможностям самоходных артиллерийских установок, попробуем выяснить, какая советская САУ лучше всего подходила на роль истребителя танков. Как уже было сказано в предыдущей публикации, посвящённой СУ-152 и ИСУ-152, именно эти машины чаще всего называют «зверобоями». Другой вопрос: насколько это справедливо?

Понятно, что попадание 152-мм бронебойного или даже осколочно-фугасного снаряда обычно заканчивалось фатально для любого серийного объекта немецкой бронетехники. Однако на практике дуэльная ситуация с «Тигром» или «Пантерой» зачатую складывалась не в пользу экипажа советской самоходки. Тяжелая САУ, вооруженная орудием МЛ-20С, которое являлось танковым вариантом 152-мм гаубицы-пушки обр. 1937 г., в первую очередь предназначалась для разрушения долговременных фортификационных сооружений и огневой поддержки танков и пехоты. При мощном поражающем действии снаряда давало о себе знать «гаубичное» происхождение. Дальность прямого выстрела по цели высотой 3 м составляла 800 м, а раздельно-гильзовое заряжание в боевых условиях не позволяло делать более 2 выстрелов в минуту.

Гораздо большей дальностью стрельбы по сравнению с ИСУ-152 обладала ИСУ-122, вооруженная 122-мм орудием Д-25С. У этой артиллерийской системы дальность прямого выстрела по цели высотой 3 м составляла 1200 м, а эффективная дальность стрельбы по бронетехнике — до 2500 м. На дистанции 1000 м 122-мм бронебойный снаряд 53-БР-471 при встрече под углом 60° пробивал 108-мм броню, что позволяло уверенно уничтожать тяжелые танки противника. В связи с ухудшением качества германской брони на завершающем этапе войны 122-мм снаряды демонстрировали более высокую эффективность. Имели место случаи, когда «Пантеры» выходили из строя после попадания в лобовую проекцию на дистанции до 2500 м. Впрочем, для истребителя танков САУ ИСУ-122 имела недостаточно высокую скорострельность — 1,5-2 выстр./мин. Проблема увеличения скорострельности отчасти была решена после установки на модернизированную самоходку ИСУ-122С орудия Д-25С с двухкамерным дульным тормозом. Более удобное расположение экипажа в боевом отделении и использование полуавтоматического затвора пушки способствовали повышению боевой скорострельности до 3-4 выстр./мин, что впрочем, было всё равно меньше, чем у немецких танков и ПТ САУ, вооруженных длинноствольными 75-88-мм пушками.

В этом отношении на фоне ИСУ-122/152 более выигрышно смотрелась СУ-100, орудие которой могло сделать до 6 прицельных выстрелов. Хотя 122-152-мм самоходки имели некоторое преимущество по бронепробиваемости, на практике дальности эффективного поражения тяжелых танков 1400-1500 м бронебойным снарядом, выпушенным из Д-10С, было вполне достаточно.

Достаточно показательным критерием является огневая производительность советских 85-152-мм самоходок, используемых на завершающем этапе войны. СУ-85, вооруженная 85-мм пушкой Д-5С, могла в минуту выпустить по противнику до 8 бронебойных снарядов общей массой 76,3 кг. СУ-100, сделав 6 выстрелов за минуту, обрушивала на противника 95,28 кг раскаленного металла и взрывчатки. СУ-122 в минуту могла выпустить 2 бронебойных снаряда общей массой 50 кг. ИСУ-122С, оснащённая более скорострельным орудием Д-25С, в минуту выпускала до 4 снарядов суммарным весом 100 кг. ИСУ-152, вооруженная гаубицей МЛ-20С, дававшей среднюю скорострельность 1,5 выстр./мин, при ведении огня бронебойными снарядами — 73,2 кг. Таким образом, чемпионами по огневой производительности являются СУ-100 и ИСУ-122С, а наихудшие результаты демонстрируют СУ-122 и ИСУ-152, вооруженные орудиями с поршневыми затворами. На фоне 122-152-мм самоходок весьма достойно выглядит СУ-85 с относительно маломощной пушкой.

Также следует учитывать, что СУ-100, созданная на базе Т-34, являлась гораздо более дешёвой в производстве, чем тяжелые САУ, построенные на шасси танка ИС-85. Формально защищённость ИСУ-122/152, прикрытых спереди 60-90-мм бронёй, была выше, чем у СУ-100, защищённой спереди 75-мм бронёй. Однако в реальности разница в защищённости была не столь очевидна. Наклон лобовой 90-мм брони рубки ИСУ-122/152 составлял 30°, а на СУ-100 лобовая броня была наклонена под углом 50°, что по снарядостойкости примерно давало те же 90 мм. Такая броня на дистанции более 500 м неплохо защищала от бронебойных снарядов Pzgr 39, выпущенных из 75-мм орудия 7,5 cm KwK 40 L/48, которое устанавливалось на модернизированные «четвёрки». В то же время германская 75-мм танковая пушка 7,5 cm KwK 42, стоявшая на «Пантере», бронебойно-трассирующим снарядом Pzgr 39/42 могла пробить броню ИСУ-122/152 на дальности до 1500 м. Скорострельность немецких 75-мм танковых пушек составляла 5-8 выстр./мин. В случае прямого столкновения с тяжелыми немецкими танками на реальных дистанциях боя большее значение имела не защищённость, а скорострельность и подвижность. В более маневренную СУ-100 было сложней попасть, так как она была ниже ИСУ-122 на 235 мм, а разница в высоте СУ-100 с ИСУ-152 составляла 625 мм.

Можно констатировать, что СУ-100, хорошо адаптированная для массового производства, являлась наиболее оптимальной противотанковой самоходкой, обладавшей высокой скорострельностью и приличными данными по пробитию брони при удовлетворительной защищенности и хорошей подвижности. В то же время можно сделать вывод, что противотанковые возможности орудия Д-10С в ходе войны были реализованы не в полной мере из-за отсутствия к нему современных по тем меркам бронебойных снарядов. Остроголовые с твердосплавным наконечником снаряды для советских танковых и противотанковых пушек разработали только в послевоенный период.

Как это ни обидно, но следует признать, что наши конструкторы и промышленность в части создания ПТ САУ не поспевали за потребностями действующей армии. В полной мере это касается СУ-85, СУ-100 и ИСУ-122С. Уже к лету 1943 года в связи с ростом защищённости и огневой мощи немецких средних танков и САУ, созданных на их базе, РККА испытывала острую потребность в самоходке, вооруженной орудием с баллистикой 85-мм зенитки. С учётом того, что СУ-85 была создана на базе СУ-122, запущенной в серийное производство в конце 1942 года, эта машина могла появиться гораздо раньше. Именно СУ-85 фактически стала основной советской ПТ САУ, уничтожившей гораздо больше германских танков, чем более совершенные самоходки. К моменту появления в РККА в заметных количествах СУ-100 и ИСУ-122С хребет панцерваффе был фактически сломлен, и эти машины не оказали существенного влияния на ход войны.
Линник Сергей

Подпишитесь на нас Вконтакте

Загрузка...

496

Похожие новости
26 ноября 2020, 23:00
04 декабря 2020, 00:00
04 декабря 2020, 00:00
23 ноября 2020, 15:20
12 ноября 2020, 22:40
26 ноября 2020, 23:00

Новости партнеров