Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Илья Крамник: Почему в северных морях растет активность подлодок НАТО

Арктическое всплытие / Фото: U.S. Navy/Michael H. Lee
В марте 2018 года в Арктике стартовали совместные американо-британо-канадско-норвежские учения ICEX-2018, центральной частью которых стало всплытие трех атомных подводных лодок через ледовый покров моря Бофорта. Iz.ru разбирается в целях учений и их последствиях.
Полярный лагерь
В районе всплытия подводных лодок разбита полярная станция «Скейт». Палаточный лагерь с собственной электростанцией, вертолетной площадкой и ледовой ВПП обеспечивал жизнедеятельность 50 человек. В ходе маневров персонал лагеря обслуживает подлодки и их вооружение, в частности обеспечивает торпедные стрельбы, поиск, подъем, обслуживание и перезарядку торпед.
В учениях задействованы две американские субмарины — SSN-768 «Хартфорд» (тип «усовершенствованный «Лос-Анджелес») и SSN-22 «Коннектикут» (тип «Сивулф») — и одна британская — S91 «Тренчент» (тип «Трафальгар»). Лодки отрабатывают поиск удобных мест для всплытия, собственно, всплытие через лед, надводную и подводную навигацию в высоких широтах, уклонение от айсбергов, радиосвязь в заполярных условиях, а также поиск подводных лодок и торпедные стрельбы.

Полярная станция «Скейт» / Фото: U.S. Navy/Michael H. Lee
Кроме того, члены экипажей лодок с водолазной подготовкой погружались под лед и проводили обследование корпусов и оборудования субмарин.
Фактически ВМС США при поддержке ключевых союзников из числа имеющих выход в заполярные воды членов НАТО проводят полноценные учения с подготовкой к боевому применению субмарин в высоких широтах.
Учения ICEX проводятся регулярно — начиная с 2007 года, каждые два года. В 2011 и 2012 годах маневры проводились подряд, после 2012 года они вернулись к двухлетнему циклу, но по четным годам.

Новое море, старые проблемы
Контекст учений вполне определен. США и их союзники имеют свои виды на богатства арктических морей как в собственной экономической зоне, так и в нейтральных водах, и постепенное освобождение Арктики ото льда повышает интерес к освоению этих ресурсов, равно как и к растущим транзитным возможностям арктических морей.
Одновременно, как и десятки лет назад, Арктика остается ареной военного противостояния США и России — в силу того, что именно через Заполярье пролегают наиболее короткие воздушные трассы между Россией и континентальной территорией США.
Обе стороны в настоящее время наращивают свою военную активность в регионе. США и их союзники активизировались в Заполярье с середины 2000-х годов, когда постепенное сокращение ледового покрова стало долгосрочной тенденцией.

Британская подводная лодка S91 «Тренчент» во время учений ICEX-2018 / Фото: U.S. Navy/Michael H. Lee
Россия начала восстанавливать свое военное присутствие в регионе в 2011–2012 годах. В 2014 году на базе Северного флота для управления силами в европейском Заполярье и на островах было создано новое Объединенное стратегическое командование. Главная задача военных баз — с одной стороны, обеспечить безопасность в регионе в мирное время, а с другой — предотвратить возможную угрозу с северного направления в случае войны.
Американские подлодки действуют в Арктике с 1947 года, а с конца 1950-х, с момента появления атомных субмарин, — непрерывно.
В настоящее время атомные подлодки ВМС США, действующие в полярных морях, могут при необходимости атаковать крылатыми ракетами важные экономические и военные объекты в регионе и в глубине страны. И, что не менее важно, они регулярно пытаются вести слежку за российскими подводными ракетоносцами, для которых Арктика — традиционный и очень удобный позиционный район, обеспечивающий в случае необходимости скрытный удар по территории США с запуском баллистических ракет по настильной траектории.
Инфраструктура и ожидания
Обе стороны наращивают свои возможности в регионе. Здесь нужно отметить наличие определенного преимущества у России, которая в настоящее время располагает наиболее развитой заполярной инфраструктурой – как в силу богатого советского наследства, так и в силу сегодняшних интенсивных работ, пусть и начавшихся позднее, чем у конкурентов.
Более обширная сеть баз, крупнейший в мире флот ледоколов, включая атомные, и наличие сильнейшей в Арктике военной группировки в виде Объединенного стратегического командования на основе Северного флота обеспечивают как возможности контроля над собственными заполярными водами, так и возможности противодействия силам противника.
Американский вертолет HH-60G Pave Hawk во время учений ICEX-2018 / Фото: U.S. Navy/Kelly Willett
Контроль над пространством и перемещениями в воздухе и по морю становится ключевой оперативной задачей развертываемой сети баз, и географическое расположение принадлежащих России заполярных островов, от Земли Франца-Иосифа до острова Врангеля, позволяет создать взаимоперекрывающиеся зоны контроля, резко снижая вероятность скрытного проникновения и возможного внезапного удара из прибрежных арктических вод.
Очевидно, однако, что растущая в силу потепления доступность Арктики приведет не только к росту экономической активности в регионе, но и к росту вероятности различных инцидентов, на фоне которых памятные акции активистов движения «Гринпис» у нефтяной платформы «Приразломная» в 2012–2013 годах окажутся детской шалостью. Вероятность таких инцидентов повышается и с учетом характера возобновившейся холодной войны между Россией и НАТО, в которой оппоненты вполне могут действовать «чужими руками».
Это требует от России создания не только системы предотвращения возможного военного нападения, но и постоянно действующих сил безопасности, способных предотвращать и расследовать саботаж, нападения, диверсии и теракты на гражданские объекты и инфраструктуру региона.
Язык коммуникации
К возможной конфронтации и инцидентам в Арктике готовятся с обеих сторон — Россия куда более скупа на публикацию легенд с арктических учений, но даже имеющийся объем информации позволяет говорить о регулярных маневрах с участием крупных сил флота, авиации, ПВО и частей Сухопутных войск. При этом сама по себе демонстративная военная активность крупных держав, в соответствии с принятыми невербальными «протоколами поведения», говорит скорее о нежелании конфликта в спорном регионе — и надежде на то, что, считав этот сигнал, оппонент не пойдет на дальнейшую эскалацию.
Рубка американской подводной лодки SSN-768 «Хартфорд» / Фото: U.S. Navy/Michael H. Lee
Вместе с тем, как показывает практика международных отношений последних лет, навыки военно-политической коммуникации времен холодной войны на Западе практически полностью утрачены, а чувство страха перед возможным переходом конфронтации в горячую фазу — атрофировано. В этих условиях стороны, наблюдая растущую военную активность, скорее склонны подозревать друг друга в подготовке тех или иных агрессивных действий, чем в желании продемонстрировать оппоненту готовность к силовой реакции «если что».
Учитывая этот аспект, Арктика давно не была столь беспокойным регионом. При этом спусковым крючком гипотетического конфликта вполне могут послужить события, произошедшие за много тысяч километров от полярного круга.

МОСКВА, ИЗВЕСТИЯ
21

Подпишитесь на нас Вконтакте

322

Похожие новости
31 августа 2018, 06:40
11 сентября 2018, 15:00
29 августа 2018, 08:00
09 сентября 2018, 08:00
15 сентября 2018, 07:00
19 сентября 2018, 07:20

Новости партнеров