Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Готов ли я умереть за Родину?

За высокими воротами на столичном бульваре Леси Украинки кипит жизнь, отличная от обыденной. Затерянный среди небоскребов Печерский военный лицей имени Богуна скрывает казарменный быт, муштру, пот, казенные харчи и 600 пылких юных сердец, которые клянутся в любви к Родине.
Первый выпуск в Киевском военном лицее провели ровно 70 лет назад. Во времена СССР учебное заведение носило имя полководца Суворова. Лишь в 1998-м, на седьмом году независимости, настало время украинских традиций. Кабмин присвоил лицею имя Ивана Богуна — активного участника восстания Богдана Хмельницкого. Памятник россиянину Александру Суворову до сих пор стоит у главного входа в лицей. Опершись на правую ногу, он делает выпад шпагой куда-то в сторону Киевской облгосадминистрации и ЦИК. Правда, увидеть это можно разве что в интернете и на картах «Гугл». Прошлой весной Суворова закрыли баннерами — планируют перенести в другое место, сделать частью лицейского музея. Вместо него появится памятник Ивану Богуну. Но пока на него нет денег. Стартовую сумму, около одного миллиона гривен, помог собрать Святослав Вакарчук. Хотя требуется в несколько раз больше.
О чем мечтают кадеты, и чему их учит легендарный «Сумрак», Герой Украины Игорь Гордийчук — в репортаже «Украинской правды».
Тот, что победил смерть
Когда в августе 2014-го командир спецназа Игорь Гордейчук окопался на Саур-Могиле, стратегической высоте в 80 километрах от Донецка, его шансы выжить приближались к нулю. Но вместо верной гибели пробил его звездный час. 12 дней обороны в окружении, беспощадные артобстрелы, атаки танков и вражеской пехоты — это история не про безрассудство, а об офицерской отваге, мотивацию и профессионализм. Еще — о вере, любви к семье и Отечеству.
«Без веры на войне никак. У каждого свой путь к Всевышнему. Бог есть — 100%. Без него, жены, дочери и наших врачей я не выжил бы. У меня же полчерепа нет. Рука, нога (малоподвижные — УП)», — улыбается Гордейчук. Он вообще часто улыбается. Несмотря на несколько контузий и ранение, которое называли несовместимым с жизнью, генерал-майор остается неисправимым оптимистом. Уже два года продолжает руководить военным лицеем имени Богуна, ежедневно заниматься в реабилитационном центре. И посещать Владимирский собор — молиться за живых и мертвых.
«Когда моя мама была председателем сельсовета (в селе Железная дорога Ровенской области — УП), то втихаря в церковь ходила. Тогда, во времена СССР, это, мягко говоря, не приветствовалось. Но меня приучили ходить в храм, когда я еще маленький был», — говорит Гордейчук. Сейчас он все еще передвигается с помощью палочки: медленными, детскими шагами. С каждым днем они становятся немного увереннее. Стиснув зубы, офицер понемногу отдаляется от того ужаса, который пережил в донбасском степи.
Вспоминать о тех днях начальник лицея не любит. Когда снаряд попал в грузовик, на котором Гордейчук прорывался из окружения под Иловайськом, большой осколок изуродовал ему затылок. Десантники из РФ оставили его умирать в поле, без сознания, с огромной кровопотерей. С такой травмой берут на тот свет, а не в плен. Почти бездыханное тело «Сумрака» оказалось в грузовике Красного Креста с «двухсотыми». Пульс у него чудом прощупали уже в Днепре, перед тем, как отправить в морг. «Золотой Звездой» героя Игоря Гордейчука наградили, когда он находился в коме — беспрецедентный для украинского офицерства случай. Сейчас этот орден для него — самое ценное, что есть на кителе, среди медалей и знаков отличия.
«Умирать за Родину рано»
Они спят в огромных казармах, рассчитанных на 100 ребят. Просыпаются в 6:50, ложатся в 22:00. День у 600 кадетов расписан по минутам. В пятнадцать часов бодрствования помещаются уроки, стревые занятия на плацу, мытье полов, чистка туалетов и четырехразовое питание. Раз в неделю, на выходных, — увольнение, если был прилежным и не нарушал устав. Примерно каждый четвертый здесь — из столицы. В заведении есть представители всех 25 областей Украины, АР Крым и один человек из Севастополя. 26 ребят из Донецкой, 24 — из Луганской областей. Родители каждого пятого лицеиста прошли АТО. У шестерых детей родители погибли на Донбассе.
В последний месяц весны на плацу особенно людно и шумно. Свои движения оттачивают карабинеры, которые крутят винтовки на 360°. Затем их сменяют сто барабанщиков, потрясая окрестности мощной дробью. Еще совсем юные ребята готовятся к выпускному, а заодно и взрослому военному параду, который пройдет на Крещатике 24 августа. Участие в нем — особая честь для лицеиста.
У 16-летнего Жени Мазурца из Винницкой области миссия проще. Он раздает прибывшим на репетицию барабанные палочки. Аккуратно достает их из старого пластикового дипломата, такого, с которым ходили советские конторские работники. Делает это с таким серьезным видом, будто в его руках — «ядерный чемоданчик». За скромный рост — не больше полутора метра — и вечный румянец на лице преподаватели ласково называют Мазурца «Женькой». На вопрос, почему ему всегда приходится быть последним в строю, успокаивают: «Женька, не переживай! Ты — будущий министр обороны. Посмотри на себя — ты же на Полторака похож!». «Я — патриот Украины, хочу защищать людей, — рапортует Мазурец. — Буду генералом. Справедливым, как наш начальник Гордейчук».
На самом деле командирских амбиций у лицеистов хоть отбавляй. «Разве кто-то хочет быть простым солдатом?— удивляется Саша Лесной. — Лучше кем-то командовать. Хочу быть командиром взвода. Мне здесь хорошо. Здесь из меня сделают мужчину. Правда, девушек не хватает. Ну, то такое… Для этого есть увольнения. Хотя моя главная мотивация сейчас — стать офицером».
«У меня есть девушка, — говорит 17-летний Михаил Врублевский. — Иногда приезжает сюда, на КПП, чтобы увидеться. Она не против, чтобы я учился на военного. Сама — дочь офицера, и все прекрасно понимает». Врублевский рассказывает: в его роду шесть поколений военнослужащих. Теперь пришла его очередь. Правда, нужно набраться опыта. И немного смелости. «Готов ли я умереть за Родину?— переспрашивает Миша, смущаясь и аккуратно подбирая слова. — Я еще совсем юный. Можно сказать, морально не готов. Когда возмужаю, стану более зрелым, тогда, думаю, смогу. Пока, честно говоря, трудно отдать жизнь. Но когда научусь, воевать с врагом будет не страшно».
«Идти в 18 лет, чтобы погибнуть или вернуться калекой, не слишком нормально, я считаю, — соглашается Михаил из Стрыя. — Нужно хотя бы выучиться на военного. Но если скажут идти прямо сейчас, пойду, конечно. Я мечтаю о карьере военного переводчика. О том, чтобы жизнь была не хуже, чем сейчас, и даже лучше».
«А я, в принципе, готов воевать, — добавляет 16-летний киевлянин Владислав Вовк. — Если бы сейчас украинцы не воевали, то все мы давно были бы в плену России и террористов». Владислав грезит карьерой военного психолога. В лицей пришел, как признается сам, чтобы стать настоящим мужчиной. Ради этой высокой цели ему пришлось расстаться с девушкой. «Ну, я ей предложил: давай пока расстанемся. А то так получается — выхожу на выходные в увольнение и приходится только с ней тусоваться. Но мне же хочется и погулять, и с родителями, и с друзьями посидеть», — объясняет он.
Мажоры, «кукушки» и «киевский» торт
Когда Игорь Гордейчук вернулся с лечения из США, и ему доверили руководство лицеем, натура спецназовца дало о себе знать. С первых дней на мирном посту он продолжил проводить «спецоперации». Первый враг, с которым пришлось столкнуться, — коррупция. «Лицей на балансе Минобороны, обучение бесплатное — точка! — говорит генерал-майор. — За два года я поменял вот это все: родительские комитеты, шашлык, балык, суши. Если киевский торт не предусмотрен для солдата или офицера, то его в рационе не будет. Есть увольнение раз в неделю, там, пожалуйста, ешь, что угодно».
В памятке, которую составил легендарный «Сумрак», значится: «Лицей должен быть свободным от коррупции, вне политики, бизнеса. Командиры финансово не зависят от родителей лицеиста. Собирать деньги на что-либо категорически запрещается!». «На войне проще было, нет подводных течений, — признается он. — Негатив в учебном заведении накапливался годами. Сначала думал, обойдусь одной акцией — „Стоп коррупция“. Только взялся коррупцию уничтожать, пришлось делать вторую акцию — „Стоп мажор“. Ну, знаете: „Чо ты? Да? Вот это все“. Приструнил мажоров, надо третью акцию проводить — «Стоп кукушка». Некоторым родителям главное — только спихнуть нам сына. Ребенок этот, может, хочет быть бизнесменом. Таити, Ямайка — у него денег с детства немеряно. А я против. Если военный будет бизнесменом, он родину продаст».
Чтобы избавиться от случайных элементов, генерал-майор Гордийчук усложнил правила приема. «Берем на обучение, только если ты на 100% готов быть в Вооруженных силах, — рассказывает он. — Серьезно тестируем, много общаемся с родителями. Когда я пришел, здесь, наверное, каждый третий был мажор. Я мам и пап предупреждаю: если вы его просто сплавляєте, потому что он подсел на какую-то заразу, которая вставляет, то так не годится. Если хотите, чтобы сын стал офицером, — добро пожаловать».
После первого года работы Игоря Гордейчука в лицее лишь 25% выпускников пошли в вузы на военные специальности. Остальные 75% разбрелись кто куда. «Сумраку» пришлось внести изменения во внутренние правила, ситуация постепенно стала выравниваться. Своих выпускников генерал-майор Гордейчук называет «300 спартанцев». Три роты мотивированных, патриотических и физически подготовленных ребят. Они пойдут дальше, в вузы Минобороны, пройдут курсы молодого бойца и примут присягу, чтобы стать костяком новой украинской армии.
«Вот только английский учить не хотят, — жалуется с улыбкой Гордейчук. — Я говорю: „Сынок, не ленись! Сейчас вместо буквы „Л“ (шеврон лицеиста — УП) будешь носить „ЛЛ“ — „ленивый лицеист“». Я их часто троллю на английском, говорю, что не понимаю на русском или украинском».

Подпишитесь на нас Вконтакте

192

Похожие новости
23 мая 2018, 09:40
23 мая 2018, 12:40
24 мая 2018, 10:40
22 мая 2018, 20:00
23 мая 2018, 15:20
25 мая 2018, 14:00

Новости партнеров