Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Выбор дня
18 августа 2018, 11:00
18 августа 2018, 08:20
18 августа 2018, 00:00
18 августа 2018, 13:40
18 августа 2018, 08:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Глобальная война за бензоколонку. России приготовили судьбу Ливии

Нефть – одно из важнейших богатств мира. Соперничество за контроль над нефтью не раз перерастало в кровопролитные войны, да и сейчас пылающий Ближний Восток – наглядное тому подтверждение. Казалось бы, обладание нефтью само по себе дает в современном мире неплохие шансы на экономическое процветание, а возможно и на политическое влияние. Но это не совсем так.



Если мы обратим внимание на список стран, являющихся мировыми лидерами по добыче нефти, и сопоставим его со списком государств, которые нефть перерабатывают, то за редкими исключениями этот список совпадать не будет. Мало добыть нефть, ее надо переработать и продать. Почему нефтедобывающие страны не вкладываются в строительство нефтеперерабатывающих предприятий, не озадачиваются теми богатыми возможностями, которые, как казалось, открыла перед ними сама природа? Озадачиваются, и очень сильно, но история свидетельствует, что очень часто попытки создать собственный высокоразвитый комплекс нефтепереработки заканчиваются очень плохо.



Взаимоотношения между двумя соседними странами, Ираном и Ираком, во второй половине ХХ века складывались весьма сложно. Особенно ухудшились они после того, как в 1979 году в Иране произошла Исламская революция. Совершившие ее религиозно-фундаменталистские круги иранских шиитов стремились экспортировать свои идеи и в другие мусульманские страны, прежде всего в соседний Ирак, где шииты составляют более половины населения страны. Это очень не понравилось иракскому президенту Саддаму Хусейну, который стремился превратить Ирак в максимально централизованное и единое в политическом отношении государство.

В 1980 г. началась кровопролитная война между Ираном и Ираком, стоившая обоим государствам сотен тысяч жизней. Война продолжалась восемь лет. За это время Ирак успел влезть в серьезные долги, занимая деньги у соседних богатых арабских государств, в том числе и у Кувейта.



После завершения войны Саддам Хусейн не спешил отдавать государственный долг, а Кувейт, в свою очередь, делал все возможное, чтобы снизить цены на иракскую нефть, поскольку сам был нефтедобывающим государством. Эти обстоятельства привели к вторжению иракской армии в Кувейт и знаменитому американскому военному вмешательству в этот конфликт. Агрессия против Кувейта стала серьезным просчетом Саддама, но и такой демарш Запад ему простил, хотя после войны с Кувейтом Ирак превратился в изгоя мировой политики. На самом деле, ни вторжение в Кувейт, ни притеснения курдов и шиитов, ни антиизраильская и антиамериканская демагогия Саддама Хусейна не были в числе первостепенных причин его свержения. США очень обеспокоились тем, что Ирак начал создание собственной нефтеперерабатывающей промышленности.

Если прежде Багдад был вынужден гнать нефть в другие страны, по сниженным ценам, то создание собственного нефтеперерабатывающего комплекса открывало перед Ираком колоссальные экономические перспективы. В Вашингтоне и Лондоне эту идею Саддама не оценили. Всесильный иракский диктатор, десятилетиями державший страну в железной узде, переживший множество покушений, вышедший «сухим из воды» во время войны с Ираном и даже нападения на Кувейт, был свергнут и казнен, а Ирак фактически прекратил существование в прежнем виде, как единое и централизованное государство. Таким образом, именно нефть, точнее – ее переработка, стала главной причиной свержения режима Саддама Хусейна в Ираке.

Это – далеко не единственный пример того, как крупнейшие переработчики нефти вроде США отстаивают свои экономические интересы, не гнушаясь, если нужно, применением вооруженных сил и информационными войнами против конкурентов. Уже почти сорок лет США и западный мир находятся в очень плохих отношениях с Ираном и делают вид, что причина тому лежит исключительно в идеологической плоскости – авторитарный религиозный режим, нарушения прав человека, дискриминация национальных и религиозных меньшинств. На самом деле, Вашингтон идеология интересовала всегда в самой меньшей степени. Разве в Саудовской Аравии более либеральный или мягкий режим, чем в Иране? Но Саудовская Аравия – уважаемый партнер США, а Иран – «страна – изгой», одно из воплощений «мирового зла» в американской интерпретации. В чем причина? Разумется, в экономике.

Иран – одно из крупнейших нефтедобывающих государств мира и Среднего Востока. Именно на добыче и экспорте нефти основано благосостояние иранского государства. Конечно, Исламская республика – не ОАЭ или Катар, где коренное население обласкано всевозможными льготами, пособиями и преференциями, а шальные нефтедоллары вкладываются в строительство «городов будущего» и идут на роскошь и излишества арабских шейхов. В Иране очень многочисленное население, множество внутренних, в том числе и экономических, проблем, а главное – к нему враждебно настроен Вашингтон, что заставляет Тегеран расходовать бешеные деньги на оборону и военную промышленность.



В чем проблема Ирана, так это в нефтепереработке. Нефти в Иране добывается много, а вот заводов для ее переработки не хватает. Но ведь, имея собственные богатые месторождения, Иран, построй нормальное количество заводов, мог бы превратиться в одного из крупнейших экспортеров нефтепродуктов. Мог бы. Но ему мешают Соединенные Штаты, совершенно незаинтересованные в появлении еще одной страны, способной самостоятельно играть на мировом рынке нефтепродуктов.

Для того, чтобы экономически задавить Иран, США и союзные государства устроили беспрецедентную кампанию травли этой страны на транснациональном уровне. Экономические и политические санкции, информационная война, поддержка любых антиправительственных сил – от светских курдских националистов до религиозных экстремистов в Белуджистане – все это служит инструментом для противодействия планам Ирана по развитию собственной нефтеперерабатывающей промышленности.

В свое время строительство нефтеперерабатывающих заводов начал шах Реза Пехлеви. Но довести начатое дело до конца ему не удалось – в 1979 году грянула Исламская революция. Как и в России 1917 года, в Иране Запад рассчитывал на длительную дестабилизацию и ослабление страны. Но этого не произошло. Аятоллам удалось стабилизировать и модернизировать это сложное государство, пусть и не без проблем и препятствий.

Вскоре и исламский режим вернулся к старой идее о создании собственной системы нефтепереработки. Естественно, США отреагировали моментально – Иран превратился в «злейшего врага мировой демократии». Конечно, на открытую войну против Ирана Вашингтон пока не решается, но строит самые разные козни против иранского государства, стремясь «снести» существующий политический режим. Недавние «студенческие волнения» в Тегеране – типичный пример такого воздействия, заключающегося в поддержке оппозиционных групп и движений, разжигании антиправительственных настроений в стране.

Иран вынужден защищаться, тратить огромные деньги на вооружение, подготовку армии, деятельность спецслужб, финансирование своих агентов влияния в странах Ближнего и Среднего Востока. Между тем, эти средства могли бы идти на нужды иранской экономики, а именно – на строительство нефтеперерабатывающих заводов, совершенствование технологий нефтепереработки. Нехватка нефтеперерабатывающих предприятий – очень серьезная проблема для такой многонаселенной и большой страны как Иран. Поскольку в Иране плохо развит железнодорожный транспорт, для многих провинций страны автомобильное сообщение остается единственным. Но бензин – дефицит, его приходится импортировать. Сложилась парадоксальная ситуация, когда в нефтедобывающей стране, занимающей верхние места в списке стран по уровню добычи «черного золота», бензин стоит очень дорого.



Один из самых трагичных примеров – Ливия. Еще совсем недавно эта страна была «жемчужиной» Северной Африки, что уж говорить о тропической части континента. Экстравагантному полковнику Муаммару Каддафи, который, разумеется, не забывал и о себе, и о своем семействе, тем не менее, удалось построить в Ливии настоящее государство всеобщего благоденствия, которое он, впрочем, называл джамахирией, то есть – «народовластием». Финансовые средства Каддафи получал от экспорта нефти, а на эти деньги стремительно развивал свою страну – строились школы, больницы, предприятия, выплачивались пособия молодым семьям, возводились новые жилые комплексы. Некогда нищая страна бедуинов, которую до конца так и не смогли взять под контроль ни Османская империя, ни Италия, при Каддафи превратилась в самостоятельного игрока если не мировой, то африканской и ближневосточной политики точно.

Теперь ничего этого нет. Нет и Ливии как единого государства. Полковник зверски убит, многие члены его семьи и ближайшие соратники погибли во время войны. Ливийскую джамахирию Запад терпел более 40 лет. В 1991 году распался СССР, который еще как то можно было заподозрить в покровительстве «полковнику пустыни». Но Ливия продолжала существовать. Лишь в 2011 году настал конец власти полковника Каддафи и самому сахарскому чуду. Дело в том, что полковник стремился создать собственную инфраструктуру нефтепереработки, а это так пугало и американский, и европейский нефтеперерабатывающий бизнес. К тому же, развивать переработку нефти в Ливии стремился Китай – страна, лишенная собственных нефтяных запасов и вынужденная закупать нефть и нефтепродукты. Если бы Китай построил собственные нефтеперерабатывающие предприятия в Ливии, он бы резко снизил импорт зарубежных нефтепродуктов, что отразилось бы на экономическом могуществе тех же Соединенных Штатов.



Ирак, Иран, Ливия – страны Востока и Юга, которые никогда не были серьезными оппонентами Запада. Их попытки создания собственных нефтеперерабатывающих мощностей сталкивались с быстрой и однозначной реакцией – подавить в зародыше, если не получается – создать такие условия для страны, чтобы строительство нефтеперерабатывающих заводов было последним, о чем она могла бы думать. Фактически, в сфере нефтепереработки колониализм сохраняет, выражаясь языком советских плакатов, свой звериный оскал. И это действительно так. Запад ни в коем случае не хочет упускать одну из самых важных и доходных монополий, позволяющую «дергать за ниточки» в мировой политике.

Россия – великая держава, обладающая колоссальными запасами самых разных природных ресурсов и нефти в том числе. В России достаточно развита и нефтепереработка, однако уровень ее развития все равно нельзя сравнить с уровнем развития добычи нефти или газа. Ни для кого не является секретом, что бензин в России дорогой, особенно для нефтедобывающей страны. Одна из главных причин дороговизны бензина – слабый уровень развития нефтеперерабатывающего комплекса. Нет, конечно Россию нельзя сравнивать с Ираном или с Саудовской Аравией, она занимает одну из лидирующих позиций среди нефтеперерабатывающих стран мира, но все равно уровень развития мощностей мог быть совершенно иным, если бы не препятствия со стороны Запада.

Многие российские нефтеперерабатывающие предприятия были построены в 1950-1980-х гг., т.е. оснащены устаревшим оборудованием, которое практически отслужило свой срок. Новое оборудование практически не закупается, что позволяет предсказать дальнейшее ухудшение ситуации в нефтеперерабатывающей промышленности страны – на радость американским и европейским компаниям, занимающимся переработкой «черного золота». В постсоветские десятилетия нефтеперерабатывающая отрасль пришла в состояние упадка, чему способствовало парадоксальное невнимание государства. Хотя, если задуматься о том, что в 1990-е годы в стране фактически осуществлялось «внешнее управление», в этом нет ничего удивительного – Вашингтону, Лондону, Брюсселю Россия нужна как поставщик сырьевых ресурсов, а не как конкурент, способный нарушить вековую монополию на нефтепереработку.

Многочисленные технические проблемы препятствуют совершенствованию переработки нефти, что делает российскую продукцию менее конкурентоспособной по сравнению с европейской или американской. Но, получая колоссальные доходы от экспорта нефти, страна мало вкладывается в нефтеперерабатывающий комплекс. Нефтяные компании предпочитают просто качать сырую нефть и транспортировать ее в другие страны, где ее перерабатывают в дорогостоящие нефтепродукты. Фактически это – модель колониальной страны, торгующей собственными природными ресурсами, но мало заботящейся о развитии перерабатывающей промышленности. Результаты этой политики «расхлебывают» простые россияне – жители нефтедобывающей державы, покупающие бензин столь дорого.
Автор: Илья Полонский

Подпишитесь на нас Вконтакте

615

Похожие новости
18 августа 2018, 16:20
18 августа 2018, 19:20
18 августа 2018, 19:20
18 августа 2018, 08:20
18 августа 2018, 19:20
17 августа 2018, 15:40

Новости партнеров