Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Боевые корабли. Крейсера. Почти безупречные шевалье


Первая половина 20 века между двумя войнами – поистине интереснейшее время с точки зрения морской инженерной истории. Когда произошел перелом в сознаниях конструкторов, а потом его еще подкрепили вашингтонским пинком, тогда начали появляться очень интересные корабли.


Хотя я по-прежнему считаю, что, не будь Вашингтона, наша военная история пошла бы совершенно по другому пути. И возможно, этот путь был бы более прогрессивным, чем тот, который мы прошли-проплыли.


Первая мировая отгремела. По ее итогам Франция и Италия оказались в очень интересном положении. Италия внезапно стала крутой региональной державой после распада Австро-Венгрии, а Франция, наоборот, опустилась до этого уровня, поскольку Атлантикой после войны четко командовали британцы и ловить там французам было нечего.

Оставалось Средиземное море, где обе страны пытались реализовать свои амбиции. С дредноутами и линейными крейсерами (в особенности) у обеих стран не задалось, и флоты приняли весьма оригинальные очертания.

И французы, и итальянцы в спешном порядке настроили довольно внушительное количество эсминцев, лидеров эсминцев, контрминоносцев. А так как с построенными кораблями надо было бороться, то обе стороны пришли к проектам легких и быстрых крейсеров с артиллерией в 150 мм.

В предыдущем материале мы рассмотрели «Эмиля Бертена», который стал пробным шаром у французов, а у итальянцев появился проект «Кондотьери», который будет у нас впереди.


"Эмиль Бертен"

Политически все это выглядело очень странно, ведь в Первую мировую Франция и Италия были как бы союзниками, а во Вторую… Во Вторую мировую тоже повоевать не сложилось. Тем более это противостояние смотрелось весьма смешно, если бы не было так грустно. И, тем не менее, оно (противостояние) породило много красивых и по-настоящему хороших кораблей.

Так что мы начнем с тридцатых годов, когда плюнув на линкоры и линейные крейсера, французы и итальянцы строили весьма симпатичные крейсера. И о следующем шаге после «Эмиля Бертена» мы сейчас и поговорим.

Итак, к 30-м годам прошлого века сложилась картинка: быстрый и не сильно бронированный крейсер с орудиями 150-мм, способный догнать эсминца и объяснить ему правду жизни. Недорогой, технологичный, чтобы можно было строить сериями. Но главное – недорогой.

Эксперимент с «Эмилем Бертеном» с одной стороны, нельзя признать удачным. С другой – у французских корабелов забрезжил свет в конце тоннеля, то есть они поняли, в каком направлении надо двигаться.

И в итоге этого движения в ряды французского флота влились 6 новых крейсеров типа «Ла Галиссоньер». Планировали 7, но «Шато Рено» не заказали, сыграли свою роль вашингтонские ограничения.

Что такое «Ла Галиссоньер»? Это «Эмиль Бертен», прошедший вдумчивую работу над ошибками. О ТТХ мы поговорим чуть ниже, пока же стоит отметить, что крейсера получились, и получились даже помощнее, чем итальянские. По крайней на один ствол главного калибра у французов было больше, 9 против 8.


Серия вышла ну очень патриотичной, судя по тому, как подбирали названия кораблям.

«Ла Галлисоньер» — в честь Ролана-Мишеля Баррена де Ла Галиссоньера, победителя в битве при Менорке в 1756 году. Битва была, скажем так, не совсем однозначной, но считается, что британцам в ней навешали.

«Жан де Вьен» — в честь адмирала Франции Жана де Вьена. Весьма непоседливый был адмирал, воевал всю жизнь против всего мира, погиб в битве при Никополе (Болгария) в сражении с турками в 1396 году.

«Жорж Лейг» — в честь политического деятеля Третьей Республики

«Монкальм» — в память о Луи-Жозефе де Монкальм-Гозоне, маркизе де Сен-Веран, командующем французскими войсками в Северной Америке во время Семилетней войны.

«Марсельеза» — понятно, гимн Франции.

«Глуар» — «Слава».

В общем, весьма так ярко и патриотично, но посмотрим, что из себя представляли корабли в плане характеристик.

Водоизмещение. Стандартное — 7600 «длинных» тонн, полное — 9100 д. т. Корабль заметно «потолще», чем «Эмиль Бертен».

Длина 172 м. Ширина 17,48 м. Осадка 5,1 — 5,35 м. Вот как раз для не самого глубокого Средиземного моря, очень неплохо вышло. Можно было спокойно отправляться хоть в Адриатику, где море глубиной не баловало.

Броня. Тут роскошно, броня в отличие от предшественника просто была. Хорошая, плохая – она БЫЛА!

Пояс — 105 мм.
Траверзы — от 20 до 60 мм.
Палуба — 38 мм.
Барбеты — от 75 до 95 мм.
Башни — от 50 до 100 мм.
Рубка — от 50 до 95 мм.

Бронирование не противоосколочное, вполне могло отразить и 120-130-мм снаряд эсминца, если повезет. Конечно, не бог весть что в цифрах, но и не полное отсутствие, как у «Эмиля Бертена», согласитесь.

Двигатели. 2 ТЗА от «Парсонса» (классика), либо экзотичные, но свои «Rateau Bretagne». И первые, и вторые выдавали около 84 000 л. с., что обеспечивало скорость хода в 31 узел. Скажем так: не то чтобы превосходно, но достаточно.

Дальность плавания 7000 морских миль крейсерским ходом в 12 узлов. Для Средиземноморья – ну более чем. Без дозаправки от Тулона до Латакии – вполне.

Экипаж 540 человек. В военное время с увеличением аварийных команд и расчетов ПВО – до 675 человек.

Вооружение.
Главный калибр – 9 орудий 152-мм в трех башнях, две на носу и одна на корме.


Вспомогательный универсальный калибр – 8 универсальных орудий 90-мм в четырех башнях. Плюс 4 спаренных пулеметных установки от «Гочкиса» калибром 13,2 мм. Так же скромно, как и у «Эмиля Бертена».


Минно-торпедное вооружение было представлено двумя двухтрубными 550-мм торпедными аппаратами.

Авиационная группа — 1 катапульта, 2 гидросамолёта. Самолетов можно было взять до 4-х, но в разобранном виде.

О мореходности. Крейсера удались. Они все были весьма ходкими и не подвержены вибрациям на больших скоростях, свыше 30 узлов. Все как один, корабли легко держали расчетную скорость в 31 узел, но если очень надо, то можно было получить и больше.

Так, на испытаниях «Ла Галиссоньер» выдал 35,42 узла. «Марсельеза» — 34,98 узла, а самым быстрым оказался «Глуар», показавший максимальную скорость в 36,93 узла.


Испытания подтвердили дальность хода крейсеров, все укладывались в расчетные данные.

Более подробно о вооружении.

Артиллерия главного калибра полностью повторяла «Эмиль Бертен». 152,4-мм орудия M1930 гильзового заряжания размещались в башнях типа «Марин-Омкур» образца 1930 года.


Две башни размещались в носовой части крейсеров, линейно-возвышенно, третья в корме. Носовые башни имели углы обстрела по 135° на борт, кормовая — 145°.

Орудия размещались в индивидуальных люльках и имели углы вертикального наведения от −7° до +45° для носовой и кормовой башен и от −10° до +45° для возвышенной носовой башни. Заряжание орудий производилось при угле наклона ствола от −5° до +15°.

Наведение башен осуществлялось дистанционно, с помощью электрических приводов. Практическая скорострельность 5-6 выстрелов в минуту на ствол. Максимальную скорострельность показал «Глуар» на стрельбах в 1938 году — 9 выстрелов в минуту на ствол. Конечно, реальная боевая скорострельность была намного ниже, в района 2-4 выстрелов в минуту.

В общем, в плане главного калибра все было довольно уверенно и современно.

Зенитная артиллерия. Те же самые 90-мм орудия M1926, что и на «Эмиле Бертене» с теми же проблемами.


С одной стороны, полуавтоматический затвор и автоматический досылатель снарядов, которые были унитарными, теоретически давало скорострельность до 15 выстрелов в минуту. Однако, на углах возвышения более 60° начинались проблемы с заряжанием и темп стрельбы существенно падал. В целом, как средство ПВО 90-мм универсальные орудия были не очень хороши.

Но каждый крейсер нес восемь таких орудий в спаренных установках, защищенных от осколков щитами толщиной 5 мм. Разместили установки тоже не очень удачно. Как противоминный калибр 90-мм орудия были вполне, а вот как ПВО не очень, так как практически нос и корма корабля были вне зон обстрела.

Управление зенитным огнём 90-мм орудий осуществлялось дистанционно, с двух командно-дальномерных постов. Данные для стрельбы вырабатывали два комплекта приборов управления зенитных огнём образца 1930 года при помощи двух 3-метровых дальномеров. На практике система показала себя ненадёжной, и стрельба велась автономно, что, как вы понимаете, эффективности не добавляло совершенно.

Единственным плюсом была возможность (теоретическая) вести огонь из 90-мм орудий по двум разным целям или направлениям.

С малокалиберной зенитной артиллерией все по-прежнему со времен «Эмиля Бертена» было печально. Обещанную 37-мм автоматическую зенитку так и не осилили, потому пришлось затыкать дыру все теми же 13,2-мм «Гочкисами».


Он и так, этот пулемет, не был шедевром оружейной мысли, а с питанием из 30-патронных магазинов так и вообще был ужас. Но не для летчиков противника, а для своих расчетов. Так что четыре спаренных установки этих пулеметов признать хорошим решением нельзя, но увы, другого ничего не было.

В целом по состоянию на начало войны ПВО крейсеров нельзя было признать даже удовлетворительным.

Броня. Цифры наверху цифрами, но броня-то не просто была, а по бронированию «Ла Галиссоньеры» могли стать эталонами в классе. Немцы всегда славились умным расположением бронирования, британцы старались взять толщиной. Здесь получилось что-то среднее, и вроде как не поскупились на сталь, и разместили весьма умно. Так называемая практика переменной толщины сыграла свою роль, сделав крейсера весьма защищенными кораблями, при этом не сильно увеличив вес корабля.

Но, повторюсь, в отличие от «Эмиля Бертена», здесь строители не пожадничали, и в итоге общий вес брони составил 1460 тонн или 24 % от стандартного водоизмещения корабля.

Основной бронепояс был толщиной 105 мм, но к низу его сделали 60 мм. В носу и корме ширина бронепояса становилась меньше на 2 метра, но при той же толщине. За броневым поясом по бортам размещались броневые переборки толщиной 20 мм. Эти переборки служили противоторпедной (слабой) и противоосколочной защитой.

Сверху цитадель была закрыта от осколков бронепалубой толщиной 38 мм.

Башни главного калибра в отличие от предшественника были очень неплохи. Недаром масса одной башни «Ла Галиссоньера» весила 172 тонны, в то время как у «Эмиля Бертена» — 112 тонн.

Толщина лобовой части башни составляла 100 мм, боковых — 50 мм, тыльной — 40 мм, крыша имела толщину 50 мм. Барбеты башен тоже были неплохо бронированы, выше палубы толщина брони 95 мм, ниже палубы 70 мм.

Боевая рубка тоже была забронирована вполне внушительно. Опять же в сравнении с «Эмилем Бертеном», где толщина рубки была целых 20 мм. У «Ла Галиссоньеров» рубка была защищена по периметру броней 95 мм, крыша 50 мм, пол – 25 мм.


Боевая рубка была связана с центральным постом бронированным переходом толщиной стенок 45 мм. Были защищены также дымоходы (26 мм), вентиляционные шахты (20 мм), рулевая машина (26 мм).

В сравнении с «Эмилем Бертеном» получился весьма неплохой бронированный монстр. Перед войной военные эксперты рассматривали «Ла Галиссоньеры» как идеальные легкие крейсеры.


Надо сказать, для своего водоизмещения это были весьма сбалансированные корабли, весьма равно сочетавшие и боевые, и ходовые качества. Но самым главным достоинством была цена. Для столь низкой стоимости получились весьма достойные крейсера.

Конечно, не обошлось без недостатков. Главных было два, точнее, полтора. Половиной можно считать французские турбины «Рато», которые не отличались надежностью, соответственно, крейсера, которые были оснащены этими турбинами вместо «Парсонсов», испытывали с ними проблемы.

Второй проблемой стало ПВО. Невозможность установить нормальные зенитные автоматы сделали крейсера фактически беззащитными в ближней зоне ПВО. Любая более-менее серьезная атака с воздуха могла стать фатальной для кораблей.

Можно так сказать, что «Ла Галиссоньерам» повезло, и им не пришлось в начальный период войны встретиться с настоящими воздушными атаками. А те, кто пережил этот период, после модернизаций получили вполне приличные «Эрликоны» и «Бофорсы», что сделало ПВО кораблей более-менее приемлемым.

Шестерка крейсеров вступила в войну. Но была дата, которая разделила корабли на две части. 27 ноября 1942 года в огне и пламени пошли на дно «Ла Галиссоньер», «Жан де Вьен» и «Марсельеза», экипажи которых выполнили приказ об уничтожении кораблей, чтобы они не достались немцам.


Героическая, но весьма бесславная смерть.


А «Ла Галиссоньер» был потоплен дважды.


После капитуляции Франции «Ла Галиссоньер» в составе 3-й дивизии крейсеров был включён в «Соединение Открытого моря», сформированного 25 сентября 1940 года из наиболее боеспособных кораблей флота и базировавшееся на Тулон и Средиземноморье. Деятельность этого соединения была крайне ограниченной из-за нехватки топлива.

27 ноября 1942 года «Ла Галиссоньер» находился в Тулоне, в доке № 3. Корабль имел неполный экипаж, но остатки команды умудрились затопить крейсер прямо в доке.


Несмотря на то, что немцы объявили все французские корабли конфискованными, итальянцы смогли часть кораблей взять под свой контроль, обследовать и приступить к подъему.

В подъеме и ремонте кораблей итальянцы были сильны. В число пригодных к подъему попал и «Ла Галиссоньер», который и был поднят 9 марта 1943 года. Крейсер должны были перевести в Италию на ремонт и восстановление, датой отхода было названо 11 июля 1943 года. Однако благодаря откровенному саботажу французских докеров, корабль так и не смог выйти в море. 9 сентября 1943 года Италия заключила перемирие с союзниками, но корабли все еще оставались в Тулоне.

31 августа 1944 года «Ла Галиссоньер» был потоплен при налете американскими бомбардировщиками B-25 и затонул на глубине 10 м.


В 1945 году «Ла Галиссоньер» подняли, но признали непригодным для восстановления. 13 декабря 1946 года крейсер исключили из состава флота и разобрали в 1956 году.

«Жан де Вьен».


27 ноября 1942 года «Жан де Вьен» находился в Тулоне, в доке № 1. Экипаж затопил свой корабль прямо в доке, где он сел почти на ровный киль. Должны были еще и подорвать корабль, но что-то не срослось.

Понятно, что такой подарок итальянцы подняли в первую очередь. Крейсер был поднят 18 февраля 1943 года и его должны были тоже отправить в Италию. Однако саботаж оставил крейсер в Тулоне до 24 августа 1943 года, когда две бомбы с американских бомбардировщиков отправили его на дно гавани.

27 ноября 1945 года крейсер подняли, 13 декабря 1946 года крейсер исключили из состава флота, а в 1948 году его остатки продали на слом.

«Марсельез».


27 ноября 1942 года «Марсельез» находился в Тулоне. Получив команду на уничтожение корабля, экипаж привел в действие подрывные заряды, уничтожившие корабль.

Остатки корабля были подняты после войны и в 1946 году отправлены на слом.

«Жорж Лейг».


Избежал гибели в Тулоне, уйдя вместе с «Глуаром» и «Монкальмом» в Дакар. Британцы попробовали наложить на корабли лапу, отправив отряд кораблей на перехват. «Жорж Лейг» и «Монкальм» прорвались, причем комендоры «Лейга» засадили два снаряда в австралийский тяжелый крейсер «Австралия». «Глуар» подвели отечественные турбины, и он вернулся в Касабланку.

23-25 сентября 1940 года «Жорж Лейг» участвовал в обороне Дакара против британского флота. Вместе с «Монкальмом» он маневрировал на внешней рейде Дакара, обстреливая британские корабли. 24 сентября «Жорж Лейг» добился двух попаданий главным калибром в линкор «Бархэм», но серьёзных повреждений не причинил.

В 1941-42 годах крейсер патрулировал в Средиземном море, в составе французской эскадры, базировавшейся на Дакар. Освоил профессию золотовоза, перевезя из Дакара в Касабланку около 100 тонн французского золота.


В 1943 году, после выступления Франции на стороне союзников крейсер ушел в Филадельфию, где были демонтированы катапульта, ангары, самолеты, а взамен установили зенитные установки 20 и 37 мм.

Крейсер патрулировал в Атлантике, противодействуя немецким подлодкам и рейдерам, поддерживал высадку войск союзников в Нормандии, в сентябре 1944 года крейсер снова начал базироваться на Тулон.

Последним боевым делом во Второй мировой войне была артиллерийская поддержка десанта в районе Генуи в марте 1945 года.

После окончания войны крейсер не раз принимал участие в боевых действиях. Пройдя модернизацию в Касабланке в 1946 году, «Жорж Лейг» вместе с «Монкальмом» принял участие в боевых действиях в Индокитае в 1954 году.

А в 1956 году в Суэцком кризисе, в составе группы французских кораблей обеспечивал огневую поддержку израильским войскам, действующим в секторе Газа.

17 декабря 1959 года крейсер «Жорж Лейг» был исключён из состава флота и продан на слом.

«Глуар».


К моменту капитуляции Франции из войны «Глуар» находился в Алжире. В июне 1940 года корабль вернулся в Тулон. В сентябре участвовал в попытке прорыва в Атлантику, противодействуя попытке захвата кораблей британцами.

Из-за поломки турбины крейсер в назначенный пункт Либревилль не попал, а был вынужден вернуться в Касабланку, где ремонтировался до марта 1941 года, после чего перешел в Дакар.

В течение весны-осени 1941 года «Глуар» принял участие в ряде конвойных операций французского флота в Атлантике. В дальнейшем, вследствие нехватки топлива, корабли, базировавшиеся в Дакаре, редко выходили в море надолго, но в марте-апреле 1942 года «Глуар» перевез 75 тонн золота из Дакара в Касабланку.

В сентябре 1942 года крейсер принял участие в спасении экипажа и пассажиров британского лайнера «Лакония», потопленного немецкой подводной лодкой. В ходе поисковой операции «Глуар» принял на борт, а затем доставил в Касабланку 1041 человека.

С начала 1943 года крейсер участвовал в патрульных операциях в Центральной Атлантике. В течение 1943 года «Глуар» совершил с этой целью 9 океанских походов. Побывал на модернизации в конце 1943 года в Нью-Йорке. Модернизация была аналогичной проведенной на «Жорже Лейге» — авиаоборудование убрали, малокалиберную зенитную артиллерию установили.


В феврале 1944 года «Глуар» объявился в Средиземном море, где оказывал огневую поддержку британским сухопутным войскам, ведущим бои у Анцио в Италии. После высадки десантов крейсер перевозил британские войска из Северной Африки в Неаполь.

В августе 1944 года «Глуар» принял участие в высадке союзников в Южной Франции, поддерживая огнём десантные операции.

Боевая служба крейсера закончилась в 1955 году, а в 1958 он был продан на слом.

«Монкальм».


С началом Второй мировой войны «Монкальм» попал в состав Рейдерского соединения, базировавшегося на Брест, которое занималось проводкой конвоев и охотой за немецкими рейдерами. В составе соединения участвовал в проводке двух конвоев и гонялся за «Шарнхорстом» и «Гнейзенау» в Северном море.

В 1940 году прикрывал эвакуацию союзников из Норвегии.

Вернувшись обратно, совершил переход в Дакар, так как к тому времени Брест находился в руках немцев. Принял участие в обороне Дакара от британского флота.

В 1943 году прошел модернизацию в Филадельфии, после чего в составе союзнического соединения участвовал в операциях по высадке десантов на Корсике, в Южной Франции и Нормандии.


После окончания Второй мировой войны участвовал в войне 1954 года в Индокитае, подавлял антифранцузские беспорядки в Алжире в 1957 году.

Использовался ВМФ до конца 1969 года и в мае 1970 года закончил свой путь, был продан на металлолом.

Как видно, те корабли, которые не попали под уничтожение в Тулоне, прожили довольно долгую и содержательную жизнь. Причем, не в качестве учебных судов, плавучих казарм или мишеней, а как полноценные (хорошо, почти полноценные) боевые корабли.

Понятно, что в 60-х годах эти крейсера, даже оснащенные современными радарами, могли использоваться исключительно против стран третьего или четвёртого мира. Но они использовались, что свидетельствует о их вполне приличном боевом потенциале.

Конечно, все познается в сравнении, а потому в одном из следующих материалов мы займемся именно сравнением крейсеров типа «Ла Галиссоньер» с их прямыми конкурентами. То есть с итальянскими крейсерами типа «Кондотьери» серий А, В и С.
Роман Скоморохов

Подпишитесь на нас Вконтакте

Загрузка...

235

Похожие новости
04 сентября 2020, 00:00
17 сентября 2020, 22:20
28 августа 2020, 01:00
04 сентября 2020, 00:00
18 сентября 2020, 00:20
04 сентября 2020, 00:00

Новости партнеров