Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Новости

Апостроф: как украинские танкисты встретились с бурятскими «трактористами»

В среду, 12 февраля, исполнилось 5 лет со дня заключения вторых Минских соглашений, которые до сих пор являются единственной «дорожной картой» для урегулирования вооруженного конфликта на Донбассе. Содержание этого документа во многом зависело от хода дебальцевского сражения, которое разворачивалось в эти же дни. В ходе боев под Дебальцевым противник стремился окружить украинскую группировку и сумел добиться определенных успехов, захватив важные населенные пункты Углегорск и Логвиново.
«Апостроф» продолжает серию публикаций военного историка, научного сотрудника Черниговского областного исторического музея им. Тарновского Михаила Жирохова, посвященных драматическим событиям под Дебальцевым, происходившим зимою 2015 года.
Западное направление
Взятие противником Углегорска серьезно изменило ситуацию на западном фасе «дебальцевского кармана». Теоретически противник при наличии достаточных сил мог продолжать наступление как в сторону Дебальцева (либо вдоль трассы, либо через Лозовое), так и в направлении Светлодарска (через Молочный — Лозовое).
Причем наступление на Дебальцево серьезно ограничивалось естественной водной преградой — неширокой речушкой Карапулька: переправиться через нее бронетехникой можно было только через три дамбы. Для того, чтобы парировать эту потенциальную угрозу лично начальник генштаба Виктор Муженко отдал приказ подорвать их.
Однако командующий сектором «С» Виктор Таран был категорически с этим не согласен, мотивируя это «опасением экологической катастрофы». В итоге из трех групп саперов, которые все-таки были направлены для выполнения этого задания, приказ выполнила только одна — 73-го морского центра спецназначения. Буквально через несколько дней именно наличие дамб позволит противнику быстро перебросить танки под Логвиново.
А пока с 1 февраля командование боевиков попробовало провести атаку в сторону Светлодарска, но наткнувшись на серьезное сопротивление наших бойцов, которые укрепились на господствующих высотах, от этого отказались. Тогда россияне решили перенести свои усилия на восточный фас, продолжая держать в напряжении нашу оборону по всем направлениям путем постоянных «тревожащих» действий разведывательно-диверсионных групп.
И вот вечером 8 февраля одна из таких групп, на 90% состоявшая из кадровых российских военных из 25-й бригады спецназа, по наводке местных жителей вышла на окраины Логвинова. И оказалось, что село — пустое!
Логвиново — это небольшой населенный пункт, расположенный вдоль трассы в низине, но имеющий исключительное значение как единственный на всем протяжении дороги. Оказалось, что буквально за несколько часов до этого 1-й батальон 30-й мехбригады, который оборонял этот стратегически важный пункт, приказом командующего сектора был снят и направлен в сторону Дебальцева. Принимая такое решение, Виктор Таран руководствовался непроверенными сведениями о том, что якобы противник прорвался в районе Новогригорьевки и требовалось срочно парировать этот удар (на самом деле оборона там удержалась, хотя удар реально был).
В Логвинове остался только наблюдательный пункт 54-го отдельного разведывательного батальона при одной БМП-1. Его бойцы, увидев приближение противника, просто покинули свои позиции.
Пока генералы разбирались, что к чему и возвращали с марша батальон 30-й бригады, россияне весьма грамотно распорядились таким «подарком судьбы» и в спешном порядке стали подтягивать в Логвиново танки 5-й танковой бригады ВС РФ (более известной как «бурятская», поскольку ее пункт постоянной дислокации находится в городе Улан-Удэ в Бурятии и весь личный состав именно оттуда).
Заняв оборону в Логвинове, боевики устроили настоящую бойню, поскольку в течение шести (!) часов никто не запретил движение по трассе М103. Есть разные предположения по поводу того, почему так произошло, однако ни официальная версия событий от генштаба, ни многочисленные интервью причастных людей не дают ответа на этот вопрос. Как стало известно автору из собственнных источников, разведчики 54 ОрБ доложили командованию о сдаче поселка, а те якобы — командованию сектора. Если так, то решение о закрытии трассы с двух сторон должно было находиться в компетенции полковника Тарана.
За очень короткое время были расстреляны, подорвались на минах сразу девять машин, которые двигались по трассе как из Артемовска (Бахмут), так и из Дебальцева. Погибли 25 военнослужащих, а наиболее болезненной стала гибель четырех офицеров и водителя на УАЗике, которые везли в Дебальцево почту генштаба и секретное радиооборудование.
Причем некоторых наших военных добивали уже после попадания в плен — все это боевики снимали на фото и видео, после чего выкладывали в Сеть. Как минимум, троих бойцов из 30-й механизированной бригады они прикопали сразу за поселком, а тело их командира впоследствии было найдено в морге Донецка со следами пыток и издевательств (была изувечена голова и отсутствовало ухо).
Почти «котел»
Первая попытка отбить Логвиново «сходу» была предпринята уже утром 9 февраля силами все того же 1-го батальона 30-й мехбригады, державшего тут оборону пару дней назад. Украинские бойцы рассчитывали выбить небольшую разведгруппу, но к тому времени противник уже успел перебросить сюда 2 танка и одну БМП. Плюс, имея крайне немотивированную и уставшую пехоту, комбат Собко собрал явно недостаточно сил для контратаки. Вскоре потеряв два танка, «тридцатка» была вынуждена отойти.
Во второй половине дня было принято решение нанести удар как по Логвинову, так и по Углегорску, где скапливались резервы, силами артиллерии начальника сектора и начальника генштаба. Масштабы артподготовки были впечатляющие. Как вспоминали офицеры 26-й артбригады, в течение 9-13 февраля по Логвинову было выпущено 96 220-мм ракет РСЗО «Ураган», 250 снарядов калибра 152 мм и 70 203-мм снарядов САУ 2С7 «Пион». Для понимания масштабов — ресурс ствола «Пиона» рассчитан всего на 450 выстрелов.
Но без корректировки вся эта мощь была фактически израсходована впустую — били по площадям. И артподготовка не нанесла противнику особого урона.
Под артиллерийские залпы начала готовиться серьезная локальная войсковая операция по деблокированию Логвинова. Для общей координации в ночь на 12 февраля в Луганское из Краматорска прибыл генерал Сырский — начальник штаба сил АТО. Из-под Донецка были переброшены дополнительные силы, в том числе десантники 79-й и 95-й бригад. Насколько все это было непросто собрать, свидетельствует хотя бы тот факт, что сводная группировка из примерно 500 бойцов при шести танках было представлена 10 (!) разными подразделениями, в том числе и разной принадлежности (например, в резерве был взвод батальона нацгвардии «Донбасс»).
Операция была спланирована достаточно грамотно: группировка должна была наступать по трем направлениям, чтобы охватить населенный пункт. Поначалу наступление, которое началось в 8:00, было весьма успешным: бойцы 30-й бригады вошли в Логвиново. Развернулся и встречный танковый бой — в нем победа осталась за нашими танкистами, которые уничтожили 4 танка российской 5-й танковой бригады.
Однако дальше все пошло совсем не плану — 4-я рота 24-й мехбригады, которая должна была наступать с тыла, приказ просто саботировала, оставшись на опорном пункте в 5 км от села. При этом командир группы какое-то время докладывал «наверх» о продвижении, так что Сырский не имел реального представления о ситуации на поле боя.
Тем временем противник смог подтянуть резервы и организовать огонь артиллерии. Итог был предсказуем — наша группировка с потерями (погибли 25 военнослужащих) отошла на исходные позиции.
Хотя на следующий день Логвиново снова «ровняли с землей», только расчеты комплексов тактических ракет «Точка-У» сделали 5 пусков, но было очевидно, что сил для новой операции просто нет. К тому же обострилась ситуация и на других направлениях.
Потеря Логвинова сильно затруднила снабжение дебальцевской группировки. Хотя спецназ и пробил другой маршрут, но это были полевые дороги, которые к тому же простреливались противником, а их пропускная способность была крайне низкой.
Восточный фас
Пока разворачивалась трагедия Углегорска и Логвинова, на восточном фасе «дебальцевского кармана» происходили не менее важные события. Противник с конца января, пытался сбить нашу оборону с жидкой цепи опорных пунктов: «Александр-128», «Сергей-128», «Валера-128», «Зенит-40». Но если с запада действовали «донецкие» формирования (на тот момент никакой корпусной системы у боевиков еще не было, это все еще были бандформирования образца лета 2014 года), то тут атаковали «луганские», которые имели гораздо худшее снабжение. И как показали бои — гораздо менее мотивированные и подготовленные.
25 января наш гарнизон, представлявший собой всего лишь усиленный взвод, боевики атаковали силами целого танкового батальона. Но, уповая только на мощь танков и артиллерии, они наступали без поддержки пехоты. В итоге, два Т-64 боевиков ворвались непосредственно на позиции ВСУ, но были очень быстро сожжены. Один танк расстреляли в упор из гранатометов, а экипаж, который пытался эвакуироваться просто перебили, бросая гранаты в люки.
Действия артиллерии противника оказались крайне неэффективными — по всей видимости «работали» местные «шахтеры» и «металлурги». В целом, до самого конца дебальцевской операции «Валеру» боевики так и не взяли, обстреливая его издалека.
Достаточно серьезные бои шли и в районе Никишина. Но здесь артиллерия противника проявила себя с лучшей стороны, практически сметая позиции наших военных. С большой долей вероятности, в отличии от «Валеры», здесь работали кадровые российские военные. В итоге после разрушения всех фортификационных сооружений наш гарнизон ушел севернее — к Редкодубу.
Однако тут ситуация оказалась еще более сложной — противник смог перерезать пути снабжения и к 6 февраля поселок был сдан. Однако в целом на этом направлении боевикам не удалось «одним махом» сломать оборону ВСУ и в дальнейшем россиянам именно на этом направлении пришлось бросать в бой кадровые части.
Пока шли бои за Логвиново, в Минск на переговоры 11 февраля прилетели Ангела Меркель, Франсуа Олланд, Петр Порошенко и Владимир Путин. Началось знаменитое ночное заседание, предшествующее подписанию Минска-2, на котором Россия попыталась выдвинуть свои условия прекращения огня, а также переписать договоренности сентября 2014 года. От того, как будут развиваться дальнейшие события под Дебальцевым теперь зависело очень и очень многое…
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Подпишитесь на нас Вконтакте

Загрузка...

460

Похожие новости
31 марта 2020, 22:00
31 марта 2020, 12:40
30 марта 2020, 04:20
27 марта 2020, 01:00
31 марта 2020, 01:00
24 марта 2020, 06:00

Новости партнеров