Главная
Новости Россия Политика Аналитика Вооружение Конфликты Иносми Мнения

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Aftenposten: На норвежской границе есть кое-что опаснее русских

Наблюдательный пост Вардефьелль, 11 сентября 2018 года: Четверо солдат из пешего патруля привыкли перемещаться вблизи от российской границы.
Они — «длинная рука» НАТО, защищающая от могущественного соседа на северо-востоке. Бывший шеф разведки Хьелль Грандхаген (Kjell Grandhagen) заявил на Военном форуме в четверг, что Россия с большой степенью вероятности нацелится именно на эту территорию, чтобы в случае конфликта иметь буферную зону.
Опасное задание в холодном политическом климате
Как раз в этот день Россия, Китай и Монголия запускают в Сибири гигантские учения «Восток-2018». А в центральной Норвегии идет подготовка к учению НАТО «Единый трезубец» (Trident Juncture), в котором примут участие 40 тысяч солдат.
Норвежский солдат НАТО
Но солдаты в Вардефьелле не на учениях. Пограничники на задании 24 часа в сутки, 365 дней в году. Их труд можно сравнить с работой Береговой охраны, чьи F-16 то и дело поднимаются в воздух для перехвата российских самолетов.
Николай Ланслет, Андре Альвестад, Николай Кристенсен и Ю Омодт — часть отряда в несколько сотен человек плюс командный состав. Против значительных российских сил по ту сторону границы они — лишь малая ее часть.
«Мы — тот порог, о который российским войскам придется споткнуться, если они перейдут границу», — объясняет старший лейтенант Йорн Квиллер, командир Сёр-Варангерского гарнизона.
Народное ополчение и российские войска
За спиной у Йорна Квиллера несколько сот солдат регулярной армии плюс порядка 2 тысяч солдат Народного ополчения. Они рассеяны по всему Финнмарку. Скоро к ним прибавится горнострелковая рота из 150 пехотинцев, а чуть позднее в Порсангере, что в 400 километрах на запад, будет сформирован отдельный механизированный отряд.
Штаб Квиллера располагается в лагере Хёйбуктмуэн в 12 километрах от Киркенеса. Оттуда рукой подать до российских военных баз, насчитывающих до 10 тысяч солдат. Это части морской пехоты и механизированной пехоты, чья задача — защита Северного флота, считающегося наиболее грозной российской силой.
Каждую минуту 16 патрулей на вездеходах, надувных лодках или пешком следят за ситуацией в районе рек Гренсе Якобсэльв и Пасвикэльвен. Любое перемещение вдоль норвежско-российской границы длиной в 197,7 километров отслеживается.
Солдаты с инфракрасными биноклями и биноклями с 40-кратным приближением наблюдают местность с двух вышек сутками напролет.
Отголоски большой политики
Крупные маневры этого года и прошлогодние учения «Запад» свидетельствуют о похолодании в отношениях между Россией и НАТО, включая Норвегию. Пограничники знают об этом не понаслышке.
«Учений масштаба Запад не проводилось со времен холодной войны. Кроме того, были задействованы оружейные системы, которые мы давно не встречали. Разумеется, это не могло не произвести впечатление, как на солдат, так и на командный состав», — объясняет старший лейтенант Квиллер.
«Люди в Осло нередко забывают, как большая политика влияет на местечки вроде этого», — полагает он.
«Нам быстро дали понять, что Россия — вот она», — рассказывает Николай Лангслет.
«Когда речь идет о твоих буднях, то за новостями начинаешь следить более пристально», — признается Андре Альвестад.
Фруде Берг и шпионаж — не тема для обсуждения
Помимо собственно военной службы, пограничники выполняют еще и полицейские задания.
«Они — мои глаза и уши», — говорит полковник Рогер Якобсен, комиссар пограничной службы. Он — единственный сотрудник полиции в военной форме, и его штаб-квартира расположена в Киркенесе.
По его словам, у него регулярно проходят конструктивные и приятные встречи с российским коллегой, на которых они решают практические вопросы и избавляются от недопонимания.
Всякое передвижение в районе границы заносится в отчет, будь то потенциальные террористы, возвращающиеся домой ИГИЛ-овцы (террористическая организация, запрещена в России, прим. ред.), оленьи стада или собиратели ягод, которые случайно или нарочно перешли границу.
О бывшем пограничном инспекторе Фруде Берге, ныне обвиненном в шпионаже, на этих встречах не заговаривают.
Больше никаких совместных патрулей с русскими
Может показаться, что силы норвежских пограничников скудны, но, по словам Йорна Квиллера, «норвежский метод» решения пограничных проблем и вопросов, связанных с Шенгеном, пользуется вниманием.
«Вдоль этой границы никто не тычет друг в друга с оружием. Другие страны, например Польша и Прибалтика, свою границу с Россией укрепляют и обращаются за помощью к НАТО, а у нас все идет своим чередом», — объясняет Квиллер.
В самом деле?
Квиллер и комиссар Рогер Якобсен признаются, что похолодание в отношениях ощущается даже здесь. Времена, когда норвежские и российские пограничники вместе отправлялись в дозор, давно канули в лету. Норвежцы, патрулирующие район Пасвикэльвен, говорят, что русские даже перестали здороваться при встрече.
С российской стороны границу охраняют не военные, а ФСБ (бывший КГБ). И если многие норвежцы имеют дома или дачи у самой границы, российские рубежи больше напоминают зону: здесь натянута колючая проволока, а гражданские лица сюда не допускаются.
Ежедневное сотрудничество продолжается
«Несмотря на все отрицательные моменты — а их, по крайней мере, частично, можно списать на санкции, введенные Западом в 2014 году — приграничное сотрудничество идет своим чередом. По сравнению с временами после развала Советского Союза стало больше контроля», — отмечает Квиллер.
Недавно россияне и норвежцы вместе прошли вдоль границы, проследив, чтобы она проходила по самым глубоким местам в руслах рек. По-прежнему проводится и Баренцева лыжная гонка — в ней участвуют российские, финские и норвежские пограничники, а площадь в Киркенесе кишит как красными норвежскими куртками, так и русскими национальными костюмами.
«Афтенпостен»: В преддверии масштабных учений НАТО сообщалось о ряде российских автомобилистов, которые якобы «случайно» снимали норвежские военные объекты.
— Мы наслышаны об этом. Дело в том, что российские автомобили ездят по норвежской территории постоянно. Через КПП Стурскуг проехали 200 тысяч человек только в этом году. Жизнь сообществ по обе стороны границы тесно спаяна. Я и сам поражаюсь, насколько далеко зашла интеграция.
Норвежские солдаты выполняют и полицейские функции. Йорн Квиллер — заместитель Якобсена.
«Мы следим за исполнением российско-норвежского Договора о границе от 1949 года. За соблюдением Закона о государственной границе и Закона об иммиграции у нас следит полиция, и это уникально для стран Шенгена», — говорит Квиллер.
Факты: Остановить финнов, а не русских
100 лет назад норвежские власти впервые отправили войска на защиту северных рубежей.
В марте 1918 года новообразованное государство Финляндия рассчитывало обзавестись портами на норвежском и российском побережье Северного Ледовитого Океана. Норвежская сторона опасалась аннексии Петсамо (в русской традиции Печенга, прим. перев.), где сейчас проходит российско-норвежская граница. Норвегия отправила на границу отряд в 93 солдата.
В июне 1921 года Стортинг принял решение о создании «временного» гарнизона в Сёр-Варангере.
Гарнизон в Сёр-Варангере часто называют пограничным. Он насчитывает 120 профессиональных военных и 500 военнослужащих. В скором времени к нему прибавится горнострелковая рота в 150 солдат.
Гарнизон располагается в Хёйбуктсмуэне в 500 метрах от аэродрома в Киркенесе. Прежде чем приступить к охране границы солдаты проходят полугодичную подготовку.
Гарнизон насчитывает две роты — Ярфьорд и Пасвик. Кроме того, в его состав входит гарнизонная рота и учебная рота. Готовится к вводу в строй горнострелковая рота.
Солдаты пограничных войск имеют как военные, так и полицейские полномочия в связи с Законом о национальных границах и Законом об иммиграции.
Молодым солдатам больше всего нравится патрульная служба. Границу патрулируют на вездеходах, надувных катерах типа «Зодиак» и пешком, зачастую с собаками.
Служба в гарнизоне Сёр-Варангера дает определенную независимость. С КПП Ярфьорд (рядом со Стурскугом) и Пасвик патрули уходят в дозор на две-три недели. Руководители патрулей Ю Омодт из Вардефьелля и Матиас Бакке из Бьёрнсуннсхёйдена уполномочены сами принимать решения и могут прервать патрулирование в случае плохой погоды.
«Мы здесь одни. Командиры сюда почти не заглядывают», — объясняет Николай Кристенсен.
Служба утомительна. На вышках в Пасвике и Ярфьорде патрули меняются каждые три часа.
Но пока стоишь в дозоре можно поразмышлять о жизни и понаблюдать за природой.
«Две ночи назад я видел, как лось с огромными рожищами переплыл границу, а потом вернулся обратно», — рассказывает Петтер Нувен с наблюдательного поста Бьёрнсуннсхёйден. Лоси, в отличие от оленей, могут перемещаться через границу беспрепятственно.
Беря в руки бинокль, понимаешь, почему лось повернул обратно. Вокруг печально известного горно-металлургического комбината в Никеле лежат огромные пустоши, где свидетельством дурной экологии служат мертвые деревья.
Лед опаснее русских
Охранять границу проще всего летом и зимой. В остальное время перемещение серьезно затруднено, поскольку значительная часть границы идет по рекам.
В это время для патрулирования приходится пересаживаться на вертолеты.
«Больше всего боишься, как бы не провалиться под воду. Лед на реках очень непредсказуемый», — объясняет Йорн Квиллер.
«Травм не избежать. У нас люди падают на лыжах, ломают себе ноги и простужаются. Работать приходится с очень сложным ландшафтом. Но вообще все хорошо», — заключает Квиллер.
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Подпишитесь на нас Вконтакте

509

Похожие новости
09 декабря 2018, 17:20
07 декабря 2018, 09:20
06 декабря 2018, 02:40
07 декабря 2018, 15:00
07 декабря 2018, 09:20
05 декабря 2018, 15:20

Новости партнеров